Політика

Народный депутат александр задорожний: оппозиция заявляет о готовности взять ответственность за целую страну, но не находит мужества ответить за события 9 марта в киеве

0:00 — 28 березня 2001 eye 230

После организованных оппозицией митингов и демонстраций, которые привели к столкновениям с правоохранительными органами, лидеры оппонентов власти стали говорить о способах мирного решения конфликта. В этой связи, надо думать, стоит рассматривать и последнее заявление Форума национального спасения: мы, мол, принципиально не отказывается от идеи «круглого стола» с представителями действующей власти. Но мирно решить конфликт оппозиционеры, согласно заявлению, готовы лишь при условии, что главным предметом разговора будут вопросы реформирования политической системы, а также отставка ныне действующего Президента. В этом направлении Форум намерен идти до победного конца. А концом, согласно заявлению ФНС, является создание парламентско-президентской республики и «приход к власти людей новой формации, патриотов с высокими моральными качествами». Где таковых искать, пока неясно. По крайней мере, среди тех, кто вывел на улицы людей 9 марта, пока никто не взял на себя мужество ответить за возникший конфликт. Неужели ответственность за происходящее в стране в целом -- легче?

Народный депутат, юрист-международник и председатель парламентского комитета по вопросам правовой политики Александр Задорожний считает, что анализ последних событий помогает понять мотивы действий оппозиции.

«Кассетный скандал» и нынешний кризис -- это реакция на прошлогодний апрельский референдум

-- Александр Викторович, работа в парламенте добавляет вам оптимизма?

-- Здесь сложно сразу дать ответ -- слишком неоднозначна нынешняя ситуация в Верховной Раде. Удастся депутатам абстрагироваться от клановых противоречий и выработать общую линию поведения -- сможем выбраться из тупика, в который себя загоняем, нет -- придется доживать до будущих выборов в условиях ситуативности, а значит, непредсказуемости принимаемых решений. Когда наряду с рыночными могут приниматься антирыночные законы. Этого опасаюсь больше всего. Как в таком противоречивом законодательном поле сможет работать правительство, жить общество?

-- Когда в начале 2000-го в Верховной Раде было сформировано нелевое большинство, ничто, кажется, не предвещало возникновения нынешних противоречий и противостояний. Чем, по-вашему, они обусловлены?

-- Мое глубокое убеждение: все, с чем мы столкнулись сегодня, начиная от патовой ситуации в парламенте и заканчивая беспрецедентными для Украины событиями 9 марта, -- это реакция на прошлогодний апрельский референдум. Конечно, реакция не всего общества, а его небольшой части в лице высокопоставленных политиков. Могла ли она быть другой, если более 90 процентов избирателей высказались за ограничение депутатской неприкосновенности, уменьшение количества народных депутатов, за двухпалатный парламент?..

Тогда многие предупреждали, что подобный поворот вполне реален. Ведь Верховная Рада -- не только высший законодательный орган, в силу ряда причин работающий не так эффективно, как хотелось бы, но и некий коллектив. Причем, коллектив политиков, многие из которых -- очень влиятельные люди. И если проанализировать все происходившее в последнее время (»кассетный скандал» и все с ним связанное), станут понятны мотивы действий так называемой оппозиции, стремящейся, похоже, перейти от яростной психологической войны к еще более опасным и непредсказуемым акциям.

-- Неужели столько сил, средств, времени, энергии -- лишь во имя переключения общественного внимания с проблемы имплементации итогов референдума?

-- А разве игра не стоит свеч? Ведь с тех пор, как разразился «кассетный скандал», о результатах референдума никто и не вспоминает. Никто не «поминал всуе» и депутатскую неприкосновенность. Наоборот! Я убежден -- это одна из наиболее существенных причин. Другая, конечно, -- борьба за власть. Хотя, если встать на позиции политически-правовой логики (на мой взгляд, единственно приемлемой сегодня), то дальнейшее развитие государства действительно должно идти в несколько ином направлении. На этом, кстати, настаивает и Президент, говоря о необходимости изменений в политико-правовой конституционной системе.

-- Как вы относитесь к перспективе превращения Украины из президентско-парламентской в парламентско-президентскую республику?

-- Не уверен, что это оптимальный вариант. Как тут не вспомнить опыт Италии, где парламентские кризисы и выборы случались трижды в год? Думаю, пока общество у нас не структурировано, пока мы не можем говорить о появлении среднего класса, нет смысла настаивать на таком переходе. Как идеал, к которому нужно стремиться, развивая демократические начала и рыночную экономику, как перспектива на будущее -- да, безусловно. Но не сегодня. Не при нынешнем состоянии общества, слабости демократических институтов, хилости подавляющего большинства партий… Над всем этим нужно работать, вести диалог -- в рамках Конституции, правового поля. Но ни в коем случае не на улице.

Обвинить власти в «подавлении демократии» не удалось, и оппозиция заговорила о провокаторах, спровоцировавших события 9 марта

-- Похоже, не все парламентарии готовы разделить вашу точку зрения.

-- Отдаю себе в этом отчет. И хотел бы напомнить, что при всех нынешних сложностях, экономических и социальных неурядицах, подогревающих протестные настроения людей (чем умело пользуются некоторые политики), мы прожили десять лет без гражданской войны и кровопролития. А когда наконец начали, хоть и очень трудно, медленно, но сдвигаться с мертвой точки, тут, как говорится, драка и объявилась.

Я не устаю повторять: право каждого иметь и отстаивать свои взгляды, убеждения, в том числе и на митингах, шествиях, демонстрациях, закреплено в Конституции. Никто не смеет на него посягать. Но организаторы этих митингов, шествий и демонстраций обязаны помнить: выводя людей на улицы, тем более -- на акции протеста, как это было 9 марта, они принимают на себя огромную ответственность за безопасность каждого участника акции. А еще -- за тех, кто окажется поблизости. Обязаны предвидеть все варианты развития событий. Не допустить их выхода из-под контроля.

Разумеется, это нелегко. Но вспомните: как только стало понятно, что обвинить власти в «кровавом подавлении демократии» не удастся, организаторы акции 9 марта тут же заговорили о провокаторах, якобы влившихся в ряды протестующих в последний момент. Со всем этим предстоит разобраться следствию. Я же хочу обратить внимание на такую деталь: многие из тех, кто в день рождения Кобзаря шагал по столичным улицам во главе наэлектризованной колонны, претендуют на президентское кресло. То есть считают возможным для себя взять ответственность за огромную страну. Но не находят мужества ответить за один локальный инцидент.

-- Есть о чем задуматься.

-- Почему, находясь в толпе, человек ведет себя не так, как обычно? Хочу сослаться на исследования ученых. Нейрофизиологи утверждают, что мозг современного человека, формировавшийся в процессе эволюции, в течение миллионов лет постепенно, так сказать, надстраивался: сначала -- мозг рептилии, потом -- птицы, обезьяны… Толпе невозможно объяснить нетривиальную мысль. Она легко внушаема, потому что руководствуется эмоциями, а не логикой. Да простят меня сограждане, но, по мнению нейрофизиологов, у толпы -- мозг рептилии. Что, по-моему, наглядно продемонстрировали обошедшие весь мир и демонстрировавшиеся в зале Верховной Рады видеозаписи известных событий 9 марта на улице Банковой.

Власть -- это прежде всего ответственность, и только потом -- полномочия. Почему-то многим нашим политикам хочется заполучить только второе.

-- А первое оставить Президенту?

-- Я бы не ставил вопрос так однозначно. Но то, что сегодняшняя ситуация требует от политиков особой взвешенности и продуманности каждого шага, сомнений не вызывает. Мне кажется, кое-кто из моих коллег в последнее время настолько увлечен организацией, скажем так, революционной ситуации в стране, что как-то упустил из виду одну «деталь»: все же главная задача парламента -- работа над законами. Мы планировали предыдущую, шестую сессию сделать сессией кодексов, но вот уже седьмая в разгаре, а Гражданский, Налоговый, Земельный, другие кодексы и десятки важнейших законов ждут, когда же депутаты устанут выяснять отношения с Президентом, правительством и между собой…

Год назад избиратели одобрили ограничение полномочий Верховной Рады, а сегодня они же должны приветствовать передачу ей власти?

-- Говоря об оппозиции, вы постоянно добавляете «так называемая». Почему?

-- Если эта оппозиция группируется вокруг лозунга «Долой Кучму!», я не могу назвать ее политической. За подобными призывами нет конструктивной программы. 16 миллионов граждан проголосовали на выборах за действующего Президента. Да, миллионы избирателей отдали свои голоса другим кандидатам, в том числе и некоторым из тех, кто сегодня возглавляет так называемую (уж извините) оппозицию. Но это не повод для того, чтобы вот таким образом пересматривать итоги выборов. Наша Конституция этого не предусматривает. Да ни в одной цивилизованной стране, на которые мы хотели бы равняться как на эталон демократии, этого никогда не допустили бы.

Кстати, как раз упомянутые политические деятели пытаются внедрить в общественное сознание мысль, что и результаты референдума 16 апреля -- фикция. Но почему-то никто не обжаловал их ни в одном суде, в том числе и Европейском. И даже один наш известный юрист, на тот момент представлявший Украину в Венецианской комиссии, почему-то не воспользовался возможностью опротестовать эти результаты, заручившись поддержкой европейской общественности. В то же время тысячи писем, которые приходят в парламент, требуют от меня как председателя Комитета по вопросам правовой политики выполнения воли избирателей, высказанной на референдуме. Люди возмущаются, что депутаты игнорируют их волю.

И тем не менее никто не сможет переубедить меня в том, что плебисциты -- не самый удачный инструмент для решения сложных проблем бытия, какими, безусловно, являются вопросы, связанные с реформированием политической системы. Прямая демократия здесь не подходит.

Логики в этом не больше, чем в желании 168 депутатов, поставивших свою подпись под законопроектом, предусматривающим преобразование Украины в парламентско-президентскую республику. Год назад люди подавляющим большинством проголосовали за существенное ограничение полномочий Верховной Рады, а сегодня они же должны приветствовать передачу ей большинства рычагов власти?

-- Ваше депутатское кредо: заниматься политикой в контексте законотворчества. Но можно ли законами изменить жизнь?

-- Прежде всего -- в контексте законотворчества. Так точнее. Что же касается второй части вашего вопроса, то, как ни парадоксально это прозвучит, я уверен: законами можно изменить жизнь. Притом -- к лучшему. Согласен, даже самыми мудрыми и продуманными законами нельзя реально реформировать экономику. Но ведь при этом очевидно и то, что значительная часть нашей экономики сегодня прячется в тени именно из-за отсутствия адекватного законодательного регулирования. Так вот, вывести ее на свет с помощью принятия необходимых законов (решив таким образом и целый ряд очень болезненных социальных проблем) можно. Может быть, именно в этом состоит историческая миссия нынешнего парламента?