Спорт

Валерий харламов родился в машине. В машине 33-летний хоккеист и погиб

0:00 — 14 січня 2000 eye 17963

10 фактов из жизни прославленного советского спортсмена, которому сегодня исполнилось бы 52 года

1. Валерий Харламов родился в ночь с 13-го на 14-е января 1948 года в Москве. Его отец — Борис Сергеевич — работал слесарем-испытателем на заводе «Коммунар». Мать — Арибе Орбат Хермане, или Бегонита, испанка по национальности, приехавшая в СССР в 12-летнем возрасте в конце 30-х годов, — трудилась на том же заводе. У Валерия была сестра Татьяна.

По иронии судьбы ребенок родился в машине: молодую маму везли в роддом и схватки начались прямо в кабине автомобиля. Борис Харламов назвал сына в честь Чкалова — Валерием.

Мальчик родился очень слабым и весил меньше трех килограммов. Да и откуда было ждать богатыря при тогдашнем карточном питании.

2. Впервые на коньки Валерий встал в семилетнем возрасте. В Советском Союзе хоккей с шайбой к тому времени быстро приобретал популярность, и многие мальчишки мечтали быть похожими на Всеволода Боброва или Ивана Трегубова. Мечтал об этом и Валера. Однако на пути к этой мечте внезапно встало препятствие — здоровье. В марте 1961 года Харламов заболел ангиной, которая дала осложнение. Врачи обнаружили у него порок сердца и поставили крест на любой активности ребенка: Валера перестал посещать уроки физкультуры в школе, бегать во дворе, поднимать тяжести, плавать. В противном случае, говорили врачи, мальчик может умереть.

Мама смирилась с таким диагнозом сына, а отец думал иначе. Поэтому, когда летом 1962 года на Ленинградском проспекте открылся летний каток, он повел записывать сына в хоккейную секцию. Туда принимали мальчишек 1949 года рождения, однако щупленький Валерий выглядел столь юным, что ему не составило особого труда ввести в заблуждение второго тренера ЦСКА Бориса Кулагина. Харламов тогда оказался единственным из нескольких десятков пацанов, принятых в секцию. А когда обман относительно возраста все-таки раскрылся, Валерий уже успел понравиться тренеру настолько, что об отчислении его из секции не могло быть и речи.

3. За короткое время Харламов превратился в одного из лучших игроков детской и юношеской спортивной школы ЦСКА и стал любимцем Бориса Кулагина. А вот главный тренер ЦСКА Анатолий Тарасов одно время относился к юному хоккеисту с предубеждением. И виноват был в этом… малый рост Харламова. В те годы Тарасов делал ставку на рослых и мощных хоккеистов и не уставал повторять: «Все выдающиеся канадские хоккеисты — великаны по сравнению с нашими. Как же мы их победим, если наши нападающие — карлики, буквально, метр с кепкой?» В конце концов, в 1966 году, Тарасов отправил Харламова во вторую лигу — в армейскую команду Свердловского военного округа — чебаркульскую «Звезду». И там произошло чудо. Перворазрядник Харламов сумел за один сезон забросить в ворота соперников 34 шайбы! Тренер «Звезды» майор Владимир Альфер тут же сообщил об успехах молодого московского хоккеиста Кулагину. Тот сначала не поверил. Однако весной 1967 года в Калинине Кулагин сам увидел Харламова в деле и понял, что место этого игрока — в основном составе ЦСКА. Так, летом 67-го года, Харламов был вызван на тренировочный сбор ЦСКА на южную базу в Кудепсту.

4. В первенстве страны 1967-68 гг. команда ЦСКА стала чемпионом. Вместе с ней радость победы по праву разделил и Валерий Харламов. Именно тогда на свет родилась знаменитая армейская тройка Михайлов — Петров — Харламов. В 1969 году 20-летний хоккеист стал чемпионом мира, установив тем самым рекорд (до него подобного взлета в столь юном возрасте на знал ни один хоккеист Советского Союза).

«Люблю сыграть красиво», — часто повторял Валерий. И действительно, хоккей в исполнении крайнего нападающего Харламова был подлинным искусством, которое приводило в изумление миллионы людей. Когда он появлялся на льду, вратари трепетали, а зрители бурно выражали свой восторг.

5. К 1972 году Харламов уже безоговорочно считался лучшим хоккеистом не только в Советском Союзе, но и в Европе. Осенью того же года талантливый игрок покорил и Северную Америку.

Знаменитая серия матчей между хоккейными сборными СССР и Канады стартовала 2 сентября 1972 года на льду монреальского «Форума». Ни один житель североамериканского континента не сомневался тогда в том, что все восемь матчей будут выиграны их соотечественниками с разгромным для советских хоккеистов счетом. Но в первой же встрече разгромный счет настиг не нас, а канадцев — 7:3! Для «кленовых листьев» это было шоком. Тогда лучшим игроком в советской команде был назван Валерий Харламов, забросивший в матче 2 шайбы.

По меркам канадского хоккея Валерий был «малышом», и соперники особенно сердились, когда именно Харламов раз за разом обыгрывал их, могучих и огромных. Профессионалы НХЛ признали, что и такой «малыш», как Харламов, — атлет, весь литой из мускулов — может быть звездой в игре могучих мужчин. После этих матчей кто-то из канадских тренеров нашел Валерия и предложил ему миллион долларов за то, чтобы он играл в НХЛ. Харламов тогда отшутился: мол, без Михайлова и Петрова никуда не поеду. Но канадцы не поняли юмора и тут же заявили: «Мы берем всю вашу тройку». Естественно, никто никуда не перешел.

Стоит отметить, что Валерий Харламов стал единственным европейским хоккеистом, чей портрет украшает стены Музея хоккейной славы в Торонто.

6. В 1975 году в жизнь Валерия вошла девушка, которая стала его женой. Это была 19-летняя Ирина Смирнова.

Познакомились они случайно. В тот день подруга пригласила Иру к себе на день рождения в один из столичных ресторанов. Именинница с гостями веселилась в одной части ресторана, а в другой гуляла шумная мужская компания. Иру пригласил на танец чернявый невысокий парень в кожаном пиджаке и кепочке. «Таксист, наверное», — подумала про себя Ира, принимая приглашение. Молодой человек представился Валерием и весь вечер не отходил от девушки ни на шаг. После ресторана Харламов вызвался подвезти Иру домой. «Точно, таксист», — пришла к окончательному выводу девушка, когда усаживалась в новенькую «Волгу» под номером 00-17 ММБ. Вот так Ирина и Валерий начали встречаться. А через какое-то время Ирина сообщила своей матери, что ждет ребенка. В начале 1976 года на свет появился мальчик, которого назвали Александром.

Самое удивительное, что до этого времени родители Валерия ни разу не видели свою будущую невестку, а мать Ирины — зятя. Их знакомство произошло 8 марта. В тот день друзья Валерия заехали к Ирине домой и забрали ее в гости к родителям жениха. А после этого Харламов приехал знакомиться с будущей тещей. Со слов матери Ирины, Н. В. Смирновой, это происходило так: «Первой вошла Ирина, и сразу почему-то ко мне:

- Мама, ты только на него не кричи, а то он сильно тебя боится.

А я думаю: Боже упаси, чего это я кричать должна, хоть бы у них все сложилось. Вошел Валера с детской коляской, здоровается. А я вдруг говорю:

- Вот вы какой! Дай-ка я за тебя подержусь!

- А я думал, вы меня с восьмого этажа сбросите, — рассмеялся он.

7. Этой же весной Валерий и Ирина поженились. Но вскоре это радостное событие было омрачено происшествием, которое едва не привело к трагедии. Возвращаясь ночью домой, Валерий не смог справиться с управлением машины. «Волга» — вдребезги, а пассажиры с тяжелыми травмами были доставлены в госпиталь. Валера больше месяца лечил сложные переломы ног и ребер, а Ира — переломы и сильнейшее сотрясение мозга. Долгое время врачи не были уверены в том, сможет ли Харламов снова играть в хоккей.

Два месяца он провел на больничной койке. Только в августе Валерий встал и сделал первые самостоятельные шаги по палате.

8. Осенью 1976 года знаменитый игрок вернулся в хоккей. Многие тогда сомневались, сможет ли он стать прежним Харламовым, а не бледной его копией. Но Валерий сделал невозможное. После первой же игры с «Крыльями Советов» тренер Борис Кулагин заявил: «Мы должны гордиться, что в нашей стране живет такой хоккеист, как Валерий Харламов!».

К 1976 году Харламов стал уже шестикратным чемпионом СССР, шестикратным чемпионом мира и двукратным чемпионом Олимпийских игр. Он был, наверное, единственным хоккеистом в стране, которого любили все болельщики, без исключения.

9. В этом же году главным тренером ЦСКА назначили Виктора Тихонова. «Как и все люди, связанные с хоккеем, я немало слышал о «железном» Тарасове и «железной» дисциплине в армейском клубе, — вспоминал Тихонов.  — Но ничего этого не было в том ЦСКА, в который я попал». Среди главных нарушителей спортивного режима в армейском клубе Тихонов называл Александра Гусева, Владимира Петрова, Бориса Александрова. Харламова в этом списке не было, однако, справедливости ради, следует сказать, что и он иногда позволял себе расслабиться.

Однажды с Валерием Харламовым и Валерием Васильевым случился конфуз. Накануне ответственного матча с чехами они хорошо выпили. По ходу игры соперники вели — 2:0. Виктор Тихонов, весь белый от злости, ходил вдоль скамейки и бормотал: «Враги, враги… Снимаю с игры». Но ребята заступились за Харламова и Васильева: «Оставьте, Виктор Васильевич, пусть попробуют реабилитироваться». И тот сдался. Когда советская сборная выиграла, Харламова и Васильева назвали героями матча: Харламов забросил две шайбы, а Васильев сделал результативную передачу.

Тихонов потом говорил: «Есть идея: может, разрешить этим двоим пить? В порядке исключения, а?» А тогдашний министр спорта Павлов выступил с еще более интересным предложением. Подошел к «провинившимся» и сказал: «Послушайте, ребята! Если вам сильно захочется, возьмите ключи от моей дачи, пейте там. Но на сборах все-таки не стоит. Нехорошо… Другие увидят, тоже начнут… »

10. В 1981 году Харламов — двукратный олимпийский чемпион, семикратный чемпион мира, шестикратный чемпион Европы — объявил, что этот сезон для него последний. Завершить он его хотел достойно, и во многом это ему удалось. В составе ЦСКА он стал 11-й раз чемпионом СССР и обладателем Кубка европейских чемпионов. Собирался Харламов завоевать и Кубок Канады, но Тихонов неожиданно заявил, что Харламов в Виннипег не поедет. Как выяснилось позже, тренер «отцепил» Валерия за какое-то нарушение режима. Харламов остался в Москве…

27 августа Валерий со своей женой Ириной и братом жены Сергеем ранним утром возвращался с дачи, где остались теща и дети — 5-летний Александр и 4-летняя Бегонита. (Сейчас Александр серьезно занимается хоккеем. Долгое время играл в ЦСКА под «отцовским» номером 17, потом уехал выступать за один из американских клубов. У него очаровательный сынишка, которого назвали в честь деда — Валерием. Бегонита стала мастером спорта по художественной гимнастике. )

Трагедия произошла в семь часов утра на 74-ом километре Ленинградского шоссе. В роковые минуты за рулем «Волги» сидела Ирина. Дорога была мокрой, и женщина не справилась с управлением. Автомобиль вынесло на встречную полосу, по которой на огромной скорости мчался грузовик. Все произошло так неожиданно, что его водитель не сумел толком среагировать, только вывернул руль вправо. «Волга» врезалась ему в бок. Удар был настолько сильным, что Валерий и Сергей скончались мгновенно, Ирина — через несколько минут.

Хоккеисты сборной СССР узнали об этой трагедии в Виннипеге. Сначала вся наша сборная хотела бросить турнир и лететь на похороны, но потом решила остаться и во что бы то ни стало выиграть. Так и получилось: свою победу на Кубке Канады сборная посвятила Валерию Харламову.

Уже несколько позже люди, знавшие Харламова, стали вспоминать некоторые эпизоды, в которых он предчувствовал свою смерть именно подобным образом. Например, своему отцу он однажды сказал: «Странно, что еще никто из наших хоккеистов не бывал в автокатастрофах». А в июне 1979 года, когда хоронили прославленного спортсмена Всеволода Боброва, Валерий, стоя у его могилы, вдруг произнес: «Как хорошо здесь, на кладбище — тихо. Ни забот, ни тревог». И ровно через два года после этого произошла трагедия.

И еще одно мистическое совпадение в судьбе прославленного спортсмена: он родился в машине, в машине через 33 года он и погиб…

P. S. Сейчас на 74-ом километре Ленинградского шоссе установлен памятный знак: 500-килограммовая мраморная шайба с выгравированной надписью: «Здесь закатилась звезда русского хоккея. ВАЛЕРИЙ ХАРЛАМОВ». Установил этот знак некий Михаил, страстный поклонник хоккея и таланта Валерия Харламова.