Події

«мы едим сырые грибы, крапиву, а кошку с собакой кормим тыквенным жмыхом. Это очень вкусно»

0:00 — 8 квітня 2010 eye 350

Из семьи житомирских художников, поселившихся в лесу семь лет назад, ушел старший сын, а младшего родители не пускают в школу, что привело к конфликту с социальными службами

В лесу Василий и Виктория Сирики живут вместе с одиннадцатилетним сыном Степаном уже семь лет. Расположились они вблизи села Стрыбиж Червоноармейского района Житомирской области. Огромное хозяйство отшельников видно издали. Семейство соорудило дом из глины, двухэтажную мастерскую, летнюю кухню, сеновал, баню. Кроме того, установили вытесанные из колод пчелиные улья, обустроили две теплицы, высадили множество плодородных деревьев.

Корреспондент «ФАКТОВ» не предупредила Сириков о своем визите, поэтому боялась, что не застанет их дома. Пробираясь к жилищу болотами, не раз пожалела о том, что не надела резиновые сапоги. Только приметив дымок из черной трубы, облегченно вздохнула: значит, дома хозяева. На стук вышла 42-летняя Виктория и попросила подождать на улице. Наконец появился и хозяин. 50-летний Василий, несмотря на весеннюю прохладу, был босой, одет в коротенькие шорты и яркую вышитую рубашку. Такая же одежда и у Степана.

«Круглый год спим на сеновале»

- У вас много построек. Видно, обосновались здесь надолго.

- Поначалу мы спали в палатке, — рассказывает Василий Сирик.  — Через месяц соорудили маленький саманный домик. Ну а сейчас у нас настоящее поместье. Вокруг высадили почти триста различных деревьев, среди которых экзотический кедр и китайский ясень. Предпочитаем почти все время находиться на улице. Даже спим на сеновале круглый год. Зароемся в сено, укрывшись несколькими одеялами, и нам не страшен 30-градусный мороз. Распорядок дня прост: подъем в пять утра, купание в пруду, работа сначала в художественной мастерской, затем по хозяйству. Сейчас запасаемся березовым соком. За день успеваем закатать до 60 литров.

- На зиму запасаемся серьезно, — поддерживает беседу Виктория.  — Квасим яблоки, заготавливаем много тыквы. Ежедневно каждый из нас выпивает литр тыквенного сока. Планируем купить козу, уже присмотрели. Степа для нее уже начал строить сарай. Вот своего меда пока нет, пчелы у нас не прижились. Как объяснили пасечники, они любят жить большими семьями, потому и погибли.

Заметив, что я совсем замерзла, хозяева приглашают войти в дом. Внутри жилища очень тесно, но тепло. Пол устлан свежей соломой. Дом условно можно поделить на три комнаты. Посредине кухни, размером примерно три метра на полтора, стоит огромная печка-буржуйка. На печи множество кастрюль. Рядом с кухней спальня полтора метра длиной и метр шириной. Это небольшое пространство занято деревянной кроватью. В третьей комнате находится крохотная мастерская, где хозяин любит работать долгими зимними вечерами при свете лампады. Когда Василий трудится здесь, ему приходится садиться на пороге с кухней. Соломенную крышу удерживают срезанные ветки деревьев. В доме много окон. В стенах встроено множество маленьких полочек, на которых разместился нехитрый домашний скарб. На видном месте красуется свадебная фотография супругов, рядом размещены несколько работ художников.

- Кисточкой рисовать очень долго, поэтому я приспособил для этой цели тюбики из-под масла для швейных машин, — говорит Сирик, нанося последние штрихи очередной картины.  — За один час у меня получается вот такой шедевр.

- Вы продаете свои работы?

- Я пишу картины, предназначенные для истинных почитателей. Поэтому если уж продаю их, то очень дорого.

- Известно, что ваши работы были выставлены на международном интернет-конкурсе. Как они туда попали?

- Ну… Знакомый сообщил о конкурсе, и старший сын Тимофей отправил наши работы по электронной почте.

- Почему он не живет с вами?

- Он прожил с нами три года, а потом решил заняться… строительством,- смущенно отвечает Виктория.  — Когда ему исполнилось шестнадцать лет, Тимофей захотел жить с людьми, питаться продуктами из супермаркета. Мы спорить не стали, потому что каждый человек имеет право на выбор. В Житомире у нас остался дом, в нем и живет старший сын. Сейчас ему уже 21 год. Сначала выполнял самую разную работу, даже красил автобусные остановки, сейчас трудится маляром. У сына есть компьютер. Поэтому иногда мы позволяем себе что-либо почитать в интернете, узнать новости.

- Получается, вы не отказались полностью от благ цивилизации?

- Зачем же отказываться полностью, — немного подумав, отвечает Виктория.  — Когда человеку без ноги предлагают протез, было бы странно от него отказаться. Поэтому и мы пользуемся некоторыми благами, в том числе мобильным телефоном, который по мере надобности заряжаем в селе.

«Даже на рынок в Хмельницкий ездим на велосипеде. На дорогу уходит неделя»

- На что потратите десять тысяч гривен, которые получили за победу в конкурсе?

- Поедем в город, купим холсты и краски.

- Часто бываете среди людей?

- Примерно раз в месяц, — отвечает Василий.  — Виктория чаще, она продает на рынке изготовленные собственноручно обереги и куклы-мотанки. Везде стараемся ездить велосипедом, возим на нем грузы. Я соорудил деревянный прицеп, цепляю его к велосипеду и тащу. Могу довезти почти сто килограммов. В Житомир, находящийся в 50 километрах, удается добраться за несколько часов. На поездку на хмельницкий рынок уходит… неделя. Только в одну сторону приходится добираться трое суток.

- Сколько денег вы тратите в месяц?

- Точно не знаем, — говорит Виктория.  — Нам нужно очень мало, примерно 500 гривен. Покупаем мак, мед. Мыло делаю сама. Беру обыкновенную золу, заливаю водой и варю. В отстоявшийся щелок добавляю подсолнечное масло и снова варю. Получается жидкое мыло.

Все это время одиннадцатилетний Степан внимательно следит за разговором взрослых.

- Степа, ты ходишь в школу?

- Редко, — отвечает мальчик, поглядывая на родителей.  — Мне не нравится учиться. А еще дети смеются надо мной, обзывают.

- Я прочитал однажды, что школа нужна для школы, — выручает сына отец.  — Только здесь, в родовом поместье, мой сын способен получить необходимые для жизни знания. Я уже научил Степу заготавливать березовый сок, строить дом из глины, делать запас еды. Мы ведь все делаем сообща.

- А у вас какое образование?

- Мы с женой учились в художественной школе.

- Почему вы против того, чтобы младший сын закончил школу?

- А какой смысл? — в один голос спрашивают родители.  — Специалист найдет себе достойную работу и без бумажки. Вот у старшего сына Тимофея за плечами только четыре класса, мы забрали его со школы. Зачем протирать штаны, если нужно осваивать профессию.

- Степа, тебе хочется поиграть со сверстниками?

- Мне и самому хорошо, — неуверенно отвечает мальчик, снова поглядывая на родителей.

- А как проходит твой день?

- Утром собираю сок, заготавливаю жерди.

- Ты смотрел когда-нибудь мультфильмы?

- Несколько раз у друзей.

- О чем мечтаешь?

- Найти свою девушку Вселенной и сделать ее счастливой.

- Каким же образом ты осуществишь это?

- Не знаю. Наверное, построю для нее такое же родовое поместье, как у нас.

Родители Степы то и дело пытаются подсказать сыну правильный ответ. Замечаю, что на столе лежит очищенная свекла и стоит несколько банок с сухофруктами.

- С недавних пор мы полностью перешли на сыроедение, — ловит мой взгляд Василий.  — Употребляем сухофрукты, орехи, проросшие зерна, топинамбур, сухие грибы. Очень любим мак. Растираем его в макитре, добавляем воду и получается маковое молоко. Угощайтесь!

Хозяин открывает банку с высушенными грибами и заталкивает их сырыми в рот, закусывая свежей крапивой.

«По утрам мы плаваем в небольшом пруду, оттуда же носим и воду для питья»

- Степа, тебе нравится еда, которую предлагают родители?

- Нравится, — тихо отвечает ребенок.

- Хочется иногда съесть бутерброд с колбасой?

- Нет. Когда я поем в школьной столовой, потом очень болит желудок.

- Однажды сыну захотелось чего-то необычного, и он попросил в селе у хозяйки куриное яйцо, которое выпил сырым, — рассказывает мать.  — Степа долго не говорил нам об этом, а потом все-таки признался. Его можно понять. В прошлом году Степан принес из школы новогодний подарок. Я прочла сыну состав конфет, и он понял, что их есть нельзя. Кроме всевозможных вредных добавок в составе сладостей значился спирт.

- Но ведь там ничтожное количество алкоголя.

- Ну и что, вот так и приучают ребятню по капле. С младенчества делают алкоголиками.

- А что едят ваши кошка с собакой?

- Тыквенный жмых, это очень вкусно.

- Почему вы решили перейти на сыроедение?

- Мы прочитали в интернете, что это полезно. Со временем хотим перейти на праноедение (обходиться без какой бы то ни было пищи, практически питаясь воздухом.  — Авт. ).

- Где берете воду?

- А вот вы шли мимо небольшого пруда. Там мы плаваем по утрам, оттуда же носим воду. Вода из колодца мертвая, поскольку не видит солнца. А в пруду она самая чистая и живая, даже целебная.

Попрощавшись с отшельниками, иду в село.

- С одной стороны, ничего плохого Сирики не делают, — говорят сельчане.  — Живут сами по себе, никого трогают, никому не вредят. Но если все уйдем в лес, кто тогда будет хлеб растить, дома строить, налоги платить?

- Семья Сириков не входит в громаду нашего села, — объясняет председатель сельсовета Григорий Терещук.  — Они только арендуют у нас землю. Никаких претензий к отшельникам нет, разве что их сын подает плохой пример местным ребятишкам, которые тоже не прочь прогулять школу. Но разве это нормально? Каждый ребенок обязан учиться. С родителями Степана связаться трудно. Однажды я передал записку, чтобы они срочно явились в сельсовет. Ответ Василия Сирика меня ошеломил. В той же записке он написал, что по всем вопросам с ним следует связываться по указанному телефону в определенные дни недели в строго отведенное время. Прямо как прием у президента. Сирики говорят о законах Божьих, а основной закон страны — Конституцию — игнорируют.

- Можно ли назвать редкое посещение занятий обучением ребенка? — говорит директор Стрыбижской средней школы Татьяна Талько.  — Одиннадцатилетний Степан Сирик учится в нашей школе в третьем классе. У мальчика отдельная программа. Впервые ребенок посетил школу год назад, да и то благодаря вмешательству социальных работников, сотрудников областного отдела образования, прокуратуры. Около двадцати сотрудников различных служб прибыли в лес к родителям уговаривать отдать сына в школу. После нескольких часов беседы отец разрешил ребенку учиться. Степу оформили на бесплатное питание в школьной столовой, договорились, чтобы его в поле каждое утро подбирал школьный автобус. Однако мальчик пришел на уроки пару раз и пропал.

Снова все поехали к его родителям. Они попросили, чтобы ребенок посещал школу раз в неделю. Согласились, но через некоторое время ребенка снова не видно. Знаете, каким было очередное предложение Сириков? Чтобы их сынок ходил в школу раз… в месяц! Мы не знаем, что делать. Думаю, если снова пойдем на поводу у родителей, то Степа будет приходить в школу только за табелем. Согласно Конституции каждый ребенок нашей страны имеет право на среднее образование. Однако в этой семье закон грубо нарушается. Родители не оставляют своему сыну права выбора.