Події

Выдавая себя за дедушку с трагической судьбой из Донецка, аферист наживался на милосердии украинцев

6:00 — 25 вересня 2015 eye 3438

Когда волонтеры передали в столичный офис штаба Ахметова письмо дедушки, якобы бежавшего с четырьмя внуками из Донецка, люди, читая душераздирающее послание, хватались за сердце. «Как же он, бедный, вынес столько горя? — сокрушались сотрудники штаба. — Дом разбомбило, жену убило, дочку ранило… Нужно срочно найти жилье для дедушки и деток».

«Боевики на блокпосту отняли у меня паспорт и свидетельства о рождении детей, и мы остались без документов»

Ниже мы полностью цитируем письмо, растрогавшее волонтеров.

«Я, Белик Геннадий Владимирович, проживал с семьей в городе Славянск Донецкой области, пока не началась война. В июне 2014 года город захватили боевики, проводилась АТО. Наш дом был полностью разрушен во время обстрела, мы потеряли все имущество… В июле прошлого года мы переехали в Донецк, поселок Октябрьский. Осенью наш поселок сильно обстреливали, и купленный нами дом практически полностью разрушило снарядом. Моя жена, Белик Наталья Владимировна, была ранена и, поскольку не смогла получить медицинскую помощь, погибла у меня на руках. А моя беременная дочь (Велигос Наталья, 1985 г. р.), во время обстрела в декабре 2014 года преждевременно родила ребенка и получила ранение в голову.

От бомбежек мы прятались в погребе. Когда снаряд разрушил дом, его обломки засыпали вход, и мы просидели в погребе трое суток. Все это время мобильная связь отсутствовала. Питались тем, что было в погребе (квашеная капуста и другая консервация). На третьи сутки мобильная связь заработала, и мне удалось вызвать помощь. Когда нас спасли, я обратился к волонтерам Красного Креста. Попросил, чтобы нас вывезли в безопасное место. У меня четверо внуков (Велигос Анна Михайловна 2006 г. р., Велигос Марина Михайловна 2009 г. р., Велигос Александр Михайлович 2012 г. р. и Велигос Дмитрий Леонидович 2014 г. р.).

Погибшую жену пришлось похоронить прямо во дворе. Шли сильные бои, и проехать на кладбище не было возможности. Во время одного из обстрелов я также получил ранение. Были травмированы оба глаза, в результате чего я наполовину ослеп. Когда нас эвакуировали из Донецка, на блокпосту солдаты так называемой „ДНР“ силой отняли у меня документы (мой паспорт и паспорт дочери, а также свидетельства о рождении внуков), и настаивали на оформлении российских документов. Мы отказались и въехали на украинскую территорию без документов.

Мою раненую дочь отвезли в больницу города Краматорска, а оттуда сразу отправили в Киев. Мне сообщили, что дочку госпитализировали в отделение реанимации столичного института нейрохирургии с диагнозом черепно-мозговая травма, кровоизлияние в мозг. Дочь находится в реанимации по сегодняшний день, в сознание не приходит. Тем временем меня с четырьмя внуками вывезли в Днепропетровск и поселили в гостинице. Там нас накормили, приодели, так как у нас не было даже теплых вещей, а потом перевезли в Николаев. Здесь местные жители предоставили для проживания дачный домик со всеми удобствами в селе Коларово Октябрьского района.

Мне была проведена операция на двух глазах в одесской клинике имени Филатова. Продолжаю лечение по настоящее время. Денежные средства на операцию собирали волонтеры. Жители Николаева за три дня пожертвовали для нас 15 тысяч гривен. В мае 2015 года дачный домик, где я проживал с детьми, был продан. Мы жили по разным адресам в религиозных семьях. В конце мая волонтеры отвезли моих внуков в детский санаторий в Пуща-Водицу под Киевом (на все лето).

В данный момент я проживаю при христианской церкви. Очень нуждаюсь в финансовой помощи для аренды жилья, продолжения амбулаторного лечения зрения, нужны деньги на медикаменты и на продукты питания. Готов на любую работу ради своих внуков. Я окончил Луганский университет им. Т. Г. Шевченко. Работал инженером-экономистом в Донецком управлении гражданской авиации. Также работал директором базы отдыха „Керамик“ в Донецкой области возле поселка Широкино».

— Письмо дедушки мне привезла журналист Ирина Соломко, а она узнала о бедствующей семье от волонтеров столичного центра помощи переселенцам, — говорит руководитель программы «Сиротству — нет» благотворительного фонда Рината Ахметова Дарья Касьянова. — Ирина рассказала, что волонтеры центра переслали дедушке одежду и канцтовары для внуков, но самое главное, что им сейчас нужно, — это жилье. Ведь детки разлучены с единственным родным человеком. И если дедушка не сможет обеспечить внуков крышей над головой, их заберут в интернат.

Вслед за Ириной Соломко к нам обратились разные общественные организации. Они тоже узнали о драматической истории Геннадия Белика и просили решить его жилищный вопрос. Наш фонд опекает многодетные и приемные семьи, а штаб Ахметова — занимается проблемами переселенцев. И помочь воссоединиться этой семье нам, как говорится, сам Бог велел.

«Я ужаснулась: неужели один из внуков Геннадия приходится ему сыном?!»

— Мы сразу же нашли подходящий дом в поселке Волосское Днепропетровской области, — продолжает Дарья Касьянова. — Там проживает священник, создатель детского дома семейного типа и наш давний друг Андрей Пинчук. Он сказал, что готов опекать дедушку и его внуков. Тем временем мы с коллегами решили, что уютно обставим пустующее жилище, закупим необходимую бытовую технику. Для переоформления дома мне требовались дедушкины документы, и я позвонила ему на мобильный.

Первым делом Геннадий Белик сообщил, что на днях его дочь… скончалась в реанимации. Я спросила: почему он не оформил опеку над внуками? В ответ дедушка пересказал свою трагическую историю, в частности, как «дээнэровцы» на блокпосту порвали его, дочкины и детские документы. Я удивилась: штаб Ахметова вывез из зоны боевых действий более 45 тысяч мирных жителей, и подобных случаев в нашей практике не было. Дедушка разозлился: «Я не буду общаться с теми, кто мне не доверяет».

На вопрос, где находится отец его внуков, Геннадий Белик сообщил, что тот воевал в «Правом секторе» и погиб в боях за Донецкий аэропорт. А где же сейчас ваши внуки, спрашиваю. Лето ведь закончилось. Они в Харькове, говорит, одна семья согласилась временно приютить сирот. Слова дедушки вызвали у меня массу вопросов. Например, самому младшему ребенку всего восемь месяцев, а его старшему брату два годика. Разве могли дети такого возраста все лето находиться в санатории? И еще: почему семья после освобождения Славянска перебралась в поселок Октябрьский (это район Донецкого аэропорта)? Летом прошлого года там шли жестокие бои, и люди, наоборот, бежали оттуда.


*Человек, называющий себя Геннадием Беликом, полгода жил в центре реинтеграции бездомных, а потом исчез. Он придумал слезную историю о себе, и как минимум десять волонтеров собирали для него деньги

Чтобы выяснить, что же скрывает дедушка, Дарья Касьянова провела целое расследование.

— Я связалась с центром социальных служб в Славянске, — рассказывает Дарья. — Там ответили, что никогда не слышали о Геннадие Белике. После этого позвонила в николаевский центр реинтеграции бездомных граждан. Да, ответили мне, такой человек жил у нас больше полугода. Но почему-то не восстановил свои документы, хотя мы давали такую возможность. В конце августа мужчина покинул центр: якобы лег в больницу. Это было странно, потому что Белик уверял меня, что находится в центре для бездомных.

Я снова позвонила ему, хотела узнать, по какому адресу проживала семья в Славянске. Белик занервничал: «Что вы роетесь? А-а, знаю! Вы хотите отобрать у меня внуков!» Тогда мне даже стало стыдно. «Разве можно быть такой черствой? — упрекала себя. — Человек перенес столько испытаний, понятно, что у него нервы на пределе. Нужно проявить максимум такта и понимания». После этого я снова позвонила в центр социальных служб Славянска и попросила найти по базе адрес, где была прописана многодетная мама Наталья Велигос. Оказалось, такой женщины в базе нет, а есть Наталья Велигош. Мы решили, что в дедушкином письме была допущена опечатка (волонтеры набрали текст на компьютере).

И тут выяснилось, что такая женщина с тремя детьми действительно проживала в Славянске. По слухам, одного ребенка она родила от… собственного отца! Соседи говорили: мол, из-за этого семья и уехала из города в 2013 году, то есть за год до начала войны. Я ужаснулась: неужели один из внуков Геннадия Белика приходится ему сыном?! И тут уже забеспокоилась по-настоящему: где дети Натальи? Почему Белик скрывает их местонахождение? Обзвонила все известные нам приемные семьи и волонтерские организации в Харьковской области, а также связалась с местной службой по делам детей. О внуках Геннадия Белика нигде не слышали.

«Наталья призналась, что очень боится Белика: отчим зверски избивал и ее, и мать»

— Тем временем мне переслали из Славянска копии документов Натальи Велигош, а из Николаева — удостоверение бездомного Геннадия Белика, — говорит Дарья. — Смотрю, имя Белика и отчество Натальи не совпадают. Наши волонтеры съездили по адресу, который Белик указал, регистрируясь в центре реинтеграции бездомных граждан. Оказалось, дом Белика в поселке Октябрьский стоит… целый и невредимый! После этого стало ясно, что мужчина врет.

Между тем по нашей просьбе волонтеры разыскали многодетную маму Наталью Велигош. Я побеседовала с ней по телефону. Женщина рассказала, что мужчина, называющий себя Геннадием Беликом, носит другое имя и приходится ей отчимом. Он сильно пил и зверски избивал свою жену и саму Наталью. Из-за этого в 2013 году семья втайне от него выехала в Днепропетровскую область. Наталья и ее мать признались, что очень боятся Белика, и попросили не указывать в СМИ поселок, где сейчас живут. Общаться с журналистами женщины отказываются. Слухи о том, что один из ее детей якобы рожден от отчима, Наталья опровергает.

«Письмо донецкого дедушки» было опубликовано в соцсетях, как минимум десять волонтеров собирали и передавали Белику деньги… Эта война показала, что украинцы мгновенно откликаются на чужую беду. И вот нашелся аферист, который цинично на этом зарабатывает. Белик придумал такую драму, что сценаристы могут только позавидовать. Это же надо было так ловко сплести правду и ложь!

«ФАКТЫ» позвонили по телефону, указанному в растиражированном по соцсетям «письме донецкого дедушки». Представившись волонтером, я спросила, где в данный момент проживает «дедушка».

— Вам что, адрес нужен? Я улицу не знаю, надо посмотреть. Это социальный центр, — ответил мужчина, выдающий себя за Геннадия Белика. — Где внуки? В Харькове, их усыновляют родители моего зятя. У них жилье есть, а у меня — нету. То есть дом нужен мне лично.

— Может, нам будет дешевле восстановить ваш дом в Славянске?

— Да при чем тут Славянск?! Я вырос и жил в поселке Октябрьский. А вы что, имеете туда доступ?

— У вас есть документы?

— Какие? Есть справка беженца. Что вам еще нужно?

— Я знаю, что вы выдаете себя за другого человека и придумали всю историю от начала до конца.

— Что-то не туда вас заносит. Вы вообще по какому вопросу звоните? Кто хочет оказать мне помощь, пусть оказывает. А кто нет — не надо.

— Вы знаете, что вас могут привлечь к уголовной ответственности за мошенничество?

— Все, до свиданья!

После этой фразы аферист отключил телефон.

— Нам о «донецком дедушке» сообщили волонтеры, — говорит руководитель центра «Спасем Украину» Алексей Федченко. — Мы тоже выясняли, что к чему, и пришли к выводу, что Геннадий Белик, скорее всего, мошенник. Точно знаем, что он обращался за помощью во многие фонды и организации. Об этой ситуации мы сообщили в офис Уполномоченного президента Украины по правам ребенка Николая Кулебы. Насколько нам известно, специалисты офиса уже передали обращение в Министерство внутренних дел Украины с просьбой проверить подозрительного мужчину.

— Не хочется, чтобы этот случай отвернул украинцев от трагедии переселенцев, — вздыхает Дарья Касьянова. — Но и дать конкретный совет, где перепроверять информацию, не могу. Видите, сколько усилий мы приложили, чтобы разобраться в этой истории. К слову, никто не знает, где сейчас находится «донецкий дедушка». Между тем он может и дальше рассказывать свою слезную историю, а люди по доброте душевной будут жертвовать ему деньги.