Україна

Родители десантников из сбитого Ил-76: "Генерал назвал гибель наших детей "незначительными потерями"

6:00 — 26 грудня 2015 eye 4503

В Павлограде начался судебный процесс по делу генерал-майора Генштаба Виктора Назарова, обвиняемого в служебной халатности, из-за которой погибли 49 военнослужащих

В ночь на 14 июня 2014 года боевики самопровозглашенной «Луганской народной республики» сбили из переносной зенитной установки военно-транспортный самолет Ил-76МД Воздушных Сил Вооруженных Сил Украины. Погибли девять членов экипажа — военнослужащих 25-й бригады транспортной авиации из Мелитополя — и 40 бойцов 25-й отдельной Днепропетровской воздушно-десантной бригады, направлявшихся на ротацию.

В окруженный аэропорт Луганска с десятиминутным интервалом направлялись три «Ила» с двумя сотнями десантников, техникой и вооружением. Первый успел сесть, третий получил команду возвращаться назад. Знающие люди говорят, что обстрелять могли каждый борт, ведь боевики угрожали закрыть небо украинским самолетам. Обсуждая происшедшее в соцсетях, возмущенные граждане не исключали утечку информации о маршруте и времени следования бортов, известной лишь высоким чинам из военного руководства.

Однако генерал-майор Генерального штаба Вооруженных сил Украины Виктор Назаров, который на тот момент был начальником оперативного штаба АТО, обвиняется только в служебной халатности. В ходе досудебного расследования установлено, что он, зная об угрозе совершения террористического акта, не принял меры по обеспечению безопасности воздушной передислокации, что и привело к гибели личного состава, потере самолета и другого военного имущества.

В горрайонном суде Павлограда Днепропетровской области начался суд по этому делу.


*Последнее фото бойцов 25-й отдельной Днепропетровской воздушно-десантной бригады, направлявшихся на ротацию

«Надеюсь, что генералы ответят за смерти солдат»

— А кого судить-то будут — столько охраны нагнали? — на крылечке «казенного дома» мужчина обращается к двум женщинам в темных платках и с заплаканными глазами.

— Генерала, — отвечает одна из них. — Из-за него самолет с нашими сыночками в прошлом году под Луганском сбили.

Мужчина сочувственно кивает.

В коридоре, ведущем к залу судебных заседаний, не протолкнуться: вдоль одной стены выстроились бойцы полицейского спецподразделения, вдоль другой продвигаются в зал родственники погибших, на входе предъявляя документы для сверки со списком. Между ними снуют сотрудники суда.

В зале напряженная атмосфера: родные погибших бойцов, общаясь с журналистами, плачут, порой срываясь на крик. Часть реплик обращена непосредственно к подсудимому — 53-летнему Виктору Назарову, сидящему вместе с адвокатом за отдельным столом.

— В том самолете был мой сын Сергей, ему еще не исполнилось тридцати, — рассказывает «ФАКТАМ» житель Днепропетровска Василий Кучерявый. — Десять лет назад он проходил срочную службу в 25-й гвардейской десантной части. А 11 марта прошлого года, еще все было тихо, его забрали на переподготовку. Потом добавили 45 суток и призвали в первую волну мобилизации. У него осталось трое деток — 2006 года рождения, 2007-го и 2013-го. Мы с Сергеем в 10 часов вечера поговорили по телефону, сын сказал, что они в аэропорту, грузятся на три борта. Я до полуночи смотрел чемпионат мира по футболу из Бразилии, потом лег. И вдруг проснулся, хотя прошло всего 15 минут. Будто сердцем почувствовал. В тот момент как раз подбили их самолет…

Я служил в армии и знаю, что масштабные операции разрабатывает Генштаб. Если там не обеспечили безопасность солдат, то, по моему мнению, генерал Назаров виноват и должен отвечать по закону.

Иляна Вискалина, сестра погибшего десантника Ильи Гайдука, не может сдержать эмоций:

— Очень надеюсь, что трагедия с самолетом Ил-76 станет первой, когда генералы ответят за смерти солдат. А следующими будут судить виновников Иловайского и Дебальцевского котлов, других масштабных провалов. Мы не отступимся, сколько бы лет эти суды ни длились.

— Вы уверены, что генерал виновен?

— В материалах дела есть доказательства, что боевики предупреждали о том, что там стоят зенитно-ракетные комплексы, но все эти предупреждения были проигнорированы. И генерал Назаров дал приказ лететь. Он знал, что безопасность полета ничем не обеспечена. Ребята и мой брат верили, что самолет будет защищен, и варианты защиты имеются, но ни один из них не был использован! Илье был 21 год, он служил в спецназе, на войну пошел добровольцем, а весной планировал жениться… Хочу подчеркнуть, что экипаж самолета был высокопрофессиональный. Я познакомилась с семьями летчиков, узнала, какие полеты они совершали, как взлетали и садились в сложнейших условиях… Мы ждем справедливого суда.

«Я у гроба прощаюсь с сыном, а мне в руки тычут коробочку с наградой»

— Его надо посадить! — кричит, глядя на невозмутимого генерала, Валентина Ковальчук. — Или отправить туда в наказание, и пусть кружит над Луганском, пока снайпер не поймает его на мушку! Моему сыну Юрию сегодня исполнилось бы 39 лет, а его с нами нет. Может, мы бы поняли и простили, если бы после трагедии генерал попросил у нас прощения. А он назвал гибель наших детей «незначительными потерями» и сказал: «Это война». От имени всех родителей прошу прокуратуру: арестуйте его, чтобы не сбежал. Иначе он будет за границей, как и все остальные.

Многие родители привезли с собой портреты погибших детей.


*Родственники развернули в здании суда плакат с фотографиями погибших десантников

На фотографии 23-летний Олег Коренченко удивительно похож на свою маму Валентину Александровну. Звонок из военкомата застал его по дороге домой со смены — Олег работал проводником. Был конец марта 2014 года, первая волна мобилизации. Молодой человек сказал: «Мама, пойду вас защищать». Приехав в мае домой на побывку, объяснил: «Если бы нас там не было, танки бы уже сюда дошли». Когда звонил матери с передовой, уверял, что находится в безопасном месте.

О беде Валентина Александровна узнала вечером 14 июня, когда к ней пришли из военкомата. С утра она ездила в церковь, заказала Сорокоуст за здравие Олега. Печалится: «Что же Господь не подсказал, что сыночка уже полдня нет в живых?»

— Вручили мне уведомление о смерти — такую большую бумагу, — утирая слезы, рассказывает Валентина Коренченко. — Больше ничего не помню. Знаю, приехала дочка, забрала меня, потом была «скорая». Похорон ждали долго — проходила идентификация останков. Прощались с детьми аж 25 июля, на 42-й день. Что мы хоронили в гробу, не знаю — может, ногу, а может, только ноготь? Похороны помню смутно — так плохо было. Все надеялась, вдруг ошибка вышла, вдруг сын был не в этом самолете… А осенью меня вызвали в СБУ и отдали Олежкин военный билет, который нашли на месте крушения. Вся книжечка целая, только края обгоревшие, и запах от нее страшный. Страницы липкие, как пластилин, фотография не сохранилась, только фамилия-имя-отчество…

Валентина Александровна говорит, что перенесла инсульт и была частично парализована. Когда сын погиб, плакала и просила: «Сыночек, забери меня к себе». Теперь спасается тем, что вышивает бисером иконы. Сядет возле тумбочки с портретом Олега, свечку зажжет, работает и мысленно разговаривает с сыном.

— Он вам часто снится?

— В прошлом году, перед установкой памятника на кладбище, я сказала: «Сыночек, завтра буду строить тебе дом, это твое постоянное место жительства». И тут, в полшестого утра, он передо мною возник — в джинсах, футболке и кроссовках, как обычно ходил: «Мамуся, дай ключи от дома». И все, ушел. Больше я заснуть не могла. А потом попросила мастера залить в фундамент два ключа на колечке … С тех пор Олежек мне не снился.

— Чего вы ждете от суда?

— Надо наказать виновного, и нам станет легче, поверьте. Если ты дал приказ лететь, значит, ответь за это. В прокуратуре заявляют, что это служебная халатность. Нет, это убийство наших детей. Умышленное.

Все погибшие удостоены государственных наград, однако, как подчеркивают родители, в большинстве случаев выдача орденов «За мужество» III-й степени проходила довольно странным образом.

— Генералу Назарову президент вручил орден Богдана Хмельницкого через месяц после гибели самолета, — говорит Инна Авдеева, мама погибшего десантника Константина. — А награды наших детей вручали в день похорон. Я у гроба прощаюсь с сыном, сознание теряю, а какой-то человек наклоняется надо мной и тычет коробочку с наградой в руки.

«Выслушал обвинения в свой адрес, и ни один мускул на лице не дрогнул»

Адвокат подсудимого заявил, что клиент не доверяет одному из представителей государственного обвинения Александру Свинару, который был старшим группы следователей, проводивших досудебное расследование по делу Назарова и иные процессуальные действия, в том числе обыск. Защитник считает, что Свинар грубо нарушил права его подзащитного.

Председательствующая по делу судья Наталья Самоткан в ходатайстве отказала. Тогда защитник попросил суд вернуть обвинительный акт прокуратуре на доработку. В нем якобы отсутствует конкретика обвинения и допущены фактические ошибки. На что прокурор Максим Крым заявил:

— В деле указано, что генералу Назарову предъявлено обвинение по статье «Служебная халатность». Согласно санкции этой статьи обвиняемому грозит до восьми лет лишения свободы.

После этого выяснилось, что подсудимый ознакомился только с 25 томами дела из 27-ми. Сторона обвинения пояснила, что вся доказательная база содержится как раз в этих томах, а еще два тома появились позже, в них только акты ознакомления с документами. К тому же с момента окончания досудебного расследования прошло почти десять месяцев, однако никаких ходатайств со стороны обвиняемого не поступало. В итоге судья отклонила и это ходатайство.

Адвокат подсудимого Михаил Турик объясняет в нацеленные на него телекамеры:

— У обвинения одна позиция, у нас — другая. Все документы и факты будут исследоваться только судом. Заявления, что подсудимый знал о том, что будут сбивать самолеты, это предмет исследования, предмет обвинения в судебном процессе. Судья оценит его и примет решение.

Подсудимый генерал-майор Виктор Назаров был немногословен. Бесстрастно сказал:

— Я родственникам соболезную.

И добавил, что свои доводы представит суду.

Прокуратура требует взыскать с Назарова 28,7 миллиона гривен материального ущерба — это стоимость самолета и прочего военного имущества. Потерпевшие подали гражданские иски, каждый из родственников оценивает моральный ущерб в 500 тысяч гривен.

Кстати, генерал-майор Назаров на судебные заседания будет приезжать с работы: несмотря на ЧП с самолетом, он продолжает служить в Генштабе. Из здания суда он вышел через черный ход, под охраной бойцов проследовал к автомобилю и покинул Павлоград.


*Генерал Назаров приехал на суд в Павлоград из Киева. Он продолжает служить в Генштабе

Дольше всех добирались в Павлоград из Мелитополя вдовы членов экипажа Ил-76, однако женщины намерены приезжать на каждое заседание.

— Мы должны отдать последний долг нашим близким, — считает вдова бортового авиатехника Владимира Буркавцова Ираида.

— Удивило поведение Виктора Назарова — уставился в одну точку, никаких эмоций,— поделилась вдова авиатора Сергея Телегина Полина. — Выслушал обвинения людей в свой адрес, и ни один мускул на лице не дрогнул. Как я поняла, подсудимый с защитником намерены затягивать процесс, так что суд по этому делу может длиться не один год. Но мы пойдем до конца.

P. S. Слушание дела по существу состоялось 23 декабря. Прокурор зачитал обвинительный акт. Следующее заседание суда назначено на 20 января.