Интервью со звездой

Оксана Билозир: "За всю свою карьеру я не исполнила ни одной песни на русском языке"

7:30 — 28 января 2016 eye 8405

Народная артистка Украины отметила 40-летие творческой деятельности сольным концертом во Дворце «Украина», который в онлайн режиме транслировался на весь мир

Имя Оксаны Билозир стало известным благодаря ее участию в вокально-инструментальном ансамбле «Ватра» и песням композитора Игоря Билозира — бывшего мужа певицы, трагически погибшего в мае 2000 года. Ансамбль «Ватра», руководителем которого был Игорь, объездил с гастролями не только всю Украину, но и успешно колесил по просторам бывшего Советского Союза. Песни Игоря Билозира сразу же подхватывались слушателями и становились хитами. А визитной карточкой певицы стала «Україночка». С 1990 года без нее не обходится ни один концерт Оксаны ни на родине, ни за границей. За свою творческую деятельность Билозир выпустила 15 CD-дисков и 10 музыкальных фильмов.

Теперь Оксана Билозир все больше времени уделяет политике и общественной деятельности. Она преподавала в Университете культуры, академии эстрадно-циркового искусства, трижды становилась народным депутатом Украины, побывала и в кресле министра культуры. А сейчас как волонтер в сотрудничестве со Службой безопасности страны занимается освобождением наших военных из плена сепаратистов.

О всех периодах своей жизни Оксана Билозир рассказала на сольном концерте «Исповедь». Певица пела в сопровождении молодежного симфонического оркестра под управлением Мирослава Скорика. В программе Билозир собрала самые значимые композиции и людей, с которыми довелось встретиться на творческом пути: композиторов и исполнителей Лилию Остапенко, Анатолия Мавийчука, Дмитрия Ципердюка и легендарный ансамбль «Ватра», специально приехавший из Львова. Был на сцене и нынешний муж певицы — известный музыкант, а сейчас директор Дворца «Украина» Роман Недзельский. Зал был полон, пришлось доставлять дополнительные кресла, чтобы поместились все желающие. Среди поклонников творчества Билозир оказались митрополит Филарет, президенты Виктор Ющенко (в свое время певица была членом его партии «Наша Украина») и Леонид Кравчук, первая леди страны и кума Марина Порошенко (Оксана Билозир крестная одной из дочерей президента) и глава СБУ Василий Грицак. «ФАКТЫ» заглянули за кулисы концерта и во время антракта пообщались с народной артисткой. Стройная 58-летняя Оксана похожа скорее на увлеченную музыкой девчонку, нежели на солидную певицу, за плечами которой 40-летний опыт на сцене и в политике.

— Глядя на вас, трудно поверить, что отмечаете столь солидный юбилей.

— Да мне и самой не верится. Но это факт. Нынешним концертом я хотела подвести некий итог, раскрыть все страницы своего творчества, переплетенного со многими людьми. Одна из страниц моей жизни неразрывно связана с Игорем Билозиром, песни которого составили часть программы. Так совпало, что мы отметили два юбилея — 60 лет со дня его рождения и 15 лет со дня трагической смерти. Именно благодаря Игорю появились первые песни, которые принесли нам популярность. Знаковой для меня стала «Чорна квітка», посвященная вдовам погибших в Донбассе воинов. Американец Марк Тайтлер, белорус по происхождению, написал песню «Мрія» и предложил ее мне. Он тоже приехал на концерт, что очень приятно.

— Как вам удалось сделать такую успешную карьеру?

— Настойчивость, трудолюбие и какая-то творческая злость, если можно так сказать, — залог успеха. Нам ведь пришлось работать вопреки, а не благодаря кому-то или чему-то. В советское время все украинское считалось каким-то второсортным. На вершину популярности было проще подняться, исполняя хиты на русском языке. Но мы принципиально этого не делали. За всю свою карьеру я не исполнила ни одной песни на русском языке. Я до мозга костей украинка, родом из Западной Украины. Воспринимаю действительность, думаю, говорю на родном языке и чувствую себя органично. Это моя суть. Когда перехожу на русский, близкие начинают смеяться, говорят: «Ты становишься другим человеком». Язык — это наша энергетика. И мы передавали ее в наших песнях. Объездили весь Советский Союз как ансамбль филармонии. Давали в день по три концерта «вживую», играя на ужасной аппаратуре. Никто не думал о комфорте артистов, государство зарабатывало на нас огромные деньги, а мы грели воду кипятильниками в дешевых советских гостиницах. Но альтернативы не было, да и мы сами, артисты, получали от своей работы удовольствие.

Помню, гастролируя по Сибири и Камчатке, вышли в Красноярске из самолета и как вдохнули морозный воздух, так сразу и нос слипся. Испугалась, думала петь не смогу. Ехали по дороге вдоль Северного Ледовитого океана. Это такая красота! Вокруг снег, ледяные глыбы размером с пятиэтажный дом, а мороз стоял 50 градусов. И вдруг видим вдоль дороги идет мужчина. Говорим водителю: «Остановись, подвезем человека, а то замерзнет». Мужчина зашел в автобус, стал возле кабины водителя, держась за поручень, и смотрел на дорогу. А мы распевались, шутили. И тут он разворачивается, рыдает, аж плечи вздрагивают: «Люди, рідні мої, де ви тут взялися?» Оказалось, он украинец, семью которого выселила на север советская власть. Он с нами ездил, пока мы не закончили гастроли, не мог нарадоваться общению с земляками.

— По-прежнему волнуетесь, выходя на сцену?

— Больше перед концертом. Переживаю, чтобы все получилось, ведь задействовано много людей. Перед нынешним выступлением не спали почти до двух часов ночи, обсуждали детали. Но как только делаю первые шаги на сцену, вижу зал, зрителей, сразу волнения уходят, будто растворяюсь в энергетике зрителей. Даже когда выхожу на сцену больная, с температурой, совершенно без сил, после концерта все как рукой снимает.

— Каким было ваше первое выступление на большой сцене?

— Оно состоялось во Дворце «Украина». Можно сказать, эта сцена стала для меня родной и принесла популярность. Именно после выступления в Киеве я проснулась знаменитой. С ансамблем «Ватра» в 1982 году мы сняли музыкальный фильм, его показали по Центральному телевидению, и нас сразу же пригласили в Киев. До 90-х годов мы были на пике популярности.

— Тогда же появилась и песня «Україночка», ставшая вашей визитной карточкой?

— Композиция стала знаковой, она актуальна для любого периода истории нашей страны. Песню на стихи Андрея Демиденко предложил мне Геннадий Татарченко, а Роман Недзельский буквально за полчаса сделал аранжировку и сразу же записали ее на студии. Тогда Борис Шарварко проводил фестиваль и сказал: «Мне нужна от тебя хорошая новая песня, есть у тебя такая?» «Будет», — ответила я. И мы мигом представили «Україночку».

— Вот тогда вы и почувствовали себя звездой?

— Не знала, куда спрятаться. Не могла спокойно пойти в магазин, на рынок за продуктами. Я ведь привыкла делать это сама, не пользовалась услугами домработниц. Как настоящая львовянка люблю делать закупки. Уверена, никто лучше меня этого не сделает, потому что четко знаю, что именно мне нужно.

— Маскировались?

— Просто делала вид, что не замечаю пристального внимания. И поклонникам легче, меньше смущаются. Нашли такой компромисс.

— Не поверю, что у вас не было настойчивых поклонников-мужчин, стремившихся завоевать ваше внимание.

— Это абсолютно нормальная ситуация. Но я не давала им никаких шансов. Рядом со мной всегда был мой мужчина — муж. Кроме цветов, никогда не принимала от поклонников подарков, подачек, услуг. Ведь за все в жизни нужно платить. Считаю, выдержала это испытание достойно. Мне повезло встретить именно тех людей, с которыми сложились партнерские отношения.

— Такие принципы сформировались у вас еще с детства?

— Маму мою называли волынским соловьем, у нее был прекрасный голос. Но я никогда не мечтала о том, чтобы стать певицей. Отец был политзаключенным, его арестовали в 17 лет за националистическую деятельность. После освобождения у него не было паспорта, только «волчий билет». Ему не разрешалось жить в крупных городах, поэтому мы жили в селах. Каждые полгода приходилось переезжать. Когда я родилась, из-за переездов, а также забобонов, что наперед ничего нельзя приобретать, родители не купили коляску. Привезли меня из роддома и обустроили кроватку в чемодане. Моя бабушка Оля, зайдя в дом и увидев эту картину, хлопнула в ладоши и сказала: «Боже, куда ж це ви дитину поклали! Буде все життя на валізах сидіти!» Так оно и вышло. Постоянно переезжая, родители возили за собой пианино, которое каждый раз приходилось настраивать. Когда я садилась за инструмент, отец брал меня за руку, гладил и приговаривал: «Така маленька ручечка, навіть наган не зможе втримати». Очень жалел, что у него не было сына.

Во Львов нам разрешили переехать, когда я уже была взрослой девушкой. Помню свою первую поездку в этот город. Мы приезжали на поезде вечером. Я стояла у окна, смотрела на огни и думала: «Я так хочу, чтобы этот город стал моим».

И мне кажется, этот город действительно меня полюбил и я стала там своей. Сначала поступила в музыкальное училище, которое закончила с красным дипломом, потом — в консерваторию, встретила Игоря. Будучи еще студентами, начали работать. Он создал вокально-инструментальный ансамбль. А чтобы подзаработать, пошел на автобусный завод. В свободное время писал песни, а я их исполняла. Мы не строили грандиозных планов, просто трудились.

— Как случилось, что вы занялись политикой?

— Это политика занялась мною. Сначала политики приглашали выступить в их поддержку. Потом помогала на выборах депутатов по мажоритарному округу. Уже не просто пела, а вникала в проблемы людей, разбиралась. Я умею слушать и слышать, говорить с людьми о важных вещах. Впрочем, это просматривается и в песнях, которые пою. Ведь в моем творчестве нет никакого «опца дрица», оно всегда было национально-патриотическим. Эти ценности принесла и в политику.

— Вы были и депутатом, и министром культуры. Сейчас вернулись бы в это кресло?

— Два раза в одну реку не входят. Что делать на должности министра, я прекрасно знаю, но не хочу этим заниматься. Мне больше интересна внешнеполитическая работа. Ведь я работала в Парламентской ассамблее, занималась вопросами трудовых мигрантов на европейском уровне. Это наши люди, которые хорошо меня знают, я защищала их права. Хотелось бы двигаться в этом направлении. А сцена теперь для меня хобби. Петь всю жизнь тоже невозможно. Кроме того, я умею думать и анализировать, могу что-то предложить обществу. Пусть это пока не профессиональная политика, а волонтерство.

— В этом качестве вы и вели переговоры об освобождении наших пленных. Как бандеровка (ведь вас так называют) может вести переговоры с сепаратистами?

— Ради освобождения львовских земляков пришлось общаться с представителями оккупированных территорий. Благодаря тому, что я когда-то выступала в Афганистане, поддерживая боевой дух советских воинов, считаюсь участником боевых действий, остались кое-какие контакты. Люди знают мою четкую позицию, которая никогда не менялась в зависимости от политических настроений. В этой моей деятельности нет политики, только человеческие отношения. На этой почве мы и договариваемся. Не хочу раскрывать подробности, но всего мы освободили 300 наших ребят. Продолжаю над этим работать и сейчас.

— То, что вы являетесь кумой президента Петра Порошенко, помогает в переговорах?

— Скорее мешает. Но отношения с семьей Петра Алексеевича возникли задолго до того, как он стал известным политиком. И таинство крещения ребенка никак не связано с политикой.

— Ходят слухи, что вы можете стать министром иностранных дел.

— Это неправда. Хотя мне предлагали стать послом в одной из стран, но я отказалась. Я — публичный политик, защитник национальных интересов, а какую должность буду занимать, это не так и важно. Мне нужно не себя реализовывать в политике, а реализовывать страну.


*"Сцена для меня теперь хобби, петь всю жизнь тоже невозможно, — говорит Оксана Билозир

Фото Сергея Тушинского, «ФАКТЫ»