Культура и искусство

Вадим Марков: "Зрители боготворили Аллу Ларионову. В Бразилии ее гостиничный номер утопал в розах…"

8:00 — 23 февраля 2016 eye 3556
Ольга СМЕТАНСКАЯ, «ФАКТЫ»

Легендарной советской актрисе исполнилось бы 85 лет

Для миллионов зрителей в СССР Алла Ларионова была кумиром. Картины с ее участием «Садко», «Анна на шее», «Двенадцатая ночь» имели огромный успех. Красотой и виртуозной игрой Аллы Ларионовой в фильмах восхищались и многие зарубежные знаменитости: Жерар Филип, Анна Маньяни, Марина Влади. Судьба от­мерила Алле Дмитриевне 69 лет.

О том, каким она была человеком, «ФАКТАМ» рассказал друг семьи Аллы Ларионовой и Николая Рыбникова экономист Вадим Марков.

— С Аллой я познакомился в 1961 году, когда она была в зените славы, — говорит Вадим Марков. — В Москве проходил международный кинофестиваль, в котором участвовали звезды нашего кино. Мой приятель был родственником Тамары Макаровой и Сергея Герасимова, на курсе которого училась Алла. Тамара Федоровна и познакомила меня с Ларионовой. А спустя время мы с Аллой и Колей подружились. Бывали друг у друга дома, общались.

*Вадим Марков в хороших отношениях и с дочерью Аллы Ларионовой Аленой (фото из альбома Вадима Маркова)

— Последнюю встречу помните?

— Я, ее подруга Светлана Павлова и еще один наш приятель приехали из Египта, где купили для Аллочки очень красивое нежно-голубое парео — под цвет ее глаз. На следующий день после приезда собирались пойти к ней. Но в ночь с 24 на 25 апреля 2000 года слу­чилась беда. Утром Алла собиралась к кардиологу. За ней при­ехал муж ее дочери, но Алла дверь не открыла. Тогда он поднялся на одиннадцатый этаж к подруге Аллы Светлане Павловой — они жили в одном подъезде. У Свет­ланы Аркадьевны были ключи от квартиры Ларионовой. Попытались открыть дверь, но не смогли — Алла закрыла дверь изнутри на защелку. Пришлось вызвать службу спасения. Когда вскрыли дверь, Аллочку обнаружили уже не живой. Она лежала в спальне на кровати с бигуди на волосах. Будто уснула…

Это случилось неожиданно. Вечером Аллочка еще играла в спектакле «Брызги шампанского» на сцене Московского драматического театра имени Рубена Симонова. Несмотря на то что перенесла микроинсульт, от работы не отказывалась. Когда у нее были роли, чувствовала себя счастливой. Кроме того, много гастролировала. Незадолго до смерти была на гастролях в Мюнхене со спектаклем «Коварство, деньги и любовь» по Михаилу Зощенко, который поставил Вячеслав Шалевич. Труппа находилась в Германии две недели. Но Алла уже чувствовала себя плохо. Перед вылетом в Москву вечером решили пойти всей труппой в знаменитую пивную «Хофбройхаус». Но Алла сказала, что у нее нет сил и чтобы шли без нее. Идти собирались пешком, так как пивная была недалеко от гостиницы. Но коллеги к Алле очень хорошо относились, поэтому решили вызвать такси.

Народа в пивной оказалось несметное количество. Сев за стол, Алла обнаружила, что он весь исписан: кто здесь был и когда. «Может быть, мне тоже оставить здесь автограф?» — сказала она и, отыскав еще никем не тронутое местечко, написала свое имя.

— Алла Ларионова пережила мужа Николая Рыбникова, известного миллионам зрителей по блестяще сыгранным ролям в картинах «Весна на Заречной улице», «Высота», «Девушка без адреса», «Девчата», «Выйти замуж за капитана» и многих других, на десять лет. Он ведь тоже умер во сне — от сердечного приступа. Читала, будто Алла Дмитриевна говорила, что хотела бы уйти так же, как муж, уснуть и не проснуться.

— Все так и было. Алла не хотела быть никому в тягость.

— На похоронах много людей было?

— Очень. Наверное, многих удивило, что не пришла попрощаться Нонна Мордюкова, с которой Алла дружила. Но этому была причина. Алла и Нонна дали друг другу обещание: когда кто-то из них первый уйдет, на похороны не приходить. Очень больно, когда нас покидают близкие люди. От Нонны с огромным букетом белых роз тогда пришел певец Юлиан.

— Говорят, Ларионова и Рыбников страдали, что в годы перестройки стали не востребованы, приходилось буквально выживать.

— То, что такие артисты оказались выброшены за борт, было ужасно. Они постоянно ездили по стране с концертной программой «Товарищ кино», и это их очень изматывало. Апогей славы Ларионовой и Рыбникова пришелся на 1950—1960 годы. Зрители их боготворили. Алла рассказывала, как восторженно ее принимали на кинофестивале в Бразилии. Там все были очарованы ее красотой. Она не могла спокойно выйти из отеля на улицу. Гостиничный номер утопал в розах. В Бразилии Алла познакомилась с Анной Маньяни. К слову, у Аллы был конверт с надписью «Великие», где она хранила фотографии и письма от знаменитых людей со всего мира, с которыми ей посчастливилось встретиться. Там было посвященное ей Жераром Филипом четверостишие, записанное на салфетке в ресторане в Париже, фото Александра Вертинского с дарственной надписью, портреты Марины Влади, Фаины Раневской, письма Сергея Лемешева… А с 1970 годов имена Рыбникова и Ларионовой почему-то так редко вспоминались, будто и не было таких.

— Обидно.

— При этом ни Алла, ни Коля не стремились себя рекламировать. Они были лишены тщеславия и никому не завидовали. Напротив, Алла умела восхищаться коллегами. Обожала Людмилу Гурченко и Наталью Фатееву, говорила, что это необыкновенной красоты женщины. А вот Алле многие коллеги завидовали. Сколько сплетен, слухов, домыслов было вокруг ее имени! Судачили, что она была фавориткой министра культуры Александрова. Но это такой бред. Министр видел ее всего-то раз в жизни — на съемках фильма «Двенадцатая ночь». Но когда Александрова уволили с должности, Алла попала в опалу в числе тех, кому он якобы оказывал особое внимание. Несколько лет ее не снимали. И она вынуждена была обратиться к сменившему Александрова министру культуры СССР Михайлову с просьбой разобраться в отношении порочащих ее имя сплетен. И вскоре Алла обнаружила себя в списке деятелей кинематографа, утвержденных для поездки во Францию на Дни советского кино.

— Алла Дмитриевна много стран объездила. Какую поездку особенно любила вспоминать?

— В 1953 году творческую группу картины «Садко» пригласили на фестиваль в Венецию. Женщинам в делегации пошили разных фасонов платья из одинаковой ткани. Это была первая для Аллы поездка за рубеж. Накануне делегатов инструктировал Анастас Микоян. К артистам были приставлены наблюдатели, чтобы они «куда не положено» не ходили. Но, как вспоминала Алла, она все равно посмотрела ночную Венецию. В Италии Аллу потрясло все. Представьте, в Москве она жила в коммунальной квартире, а в Венеции у нее был прекрасный отдельный номер в пятизвездочном отеле, сервис на высшем уровне. Конечно, и сам прием потрясающий. Фильм «Садко» получил высшую награду фестиваля. А об Алле журналисты писали, восхищаясь ее красотой: «Солнце Венеции в волосах у Ларионовой». Более того, в Италии стал выходить журнал «Алла», названный в ее честь. И у нас весь номер экспортного журнала «Советский фильм» был посвящен Ларионовой. После триумфа в Венеции на Аллу посыпались предложения от зарубежных режиссеров.

Но наши актеры не могли принимать решения самостоятельно. За них все решало Министерство культуры. Зарубежным продюсерам и режиссерам чиновники отвечали, что, к сожалению, Алла очень занята. При этом ее, как я уже говорил, несколько лет не снимали или предлагали эпизоды. А она готова была работать по первому зову. Помню, как под Новый год (это было в начале 1980 годов) они с Тамарой Семиной полетели выступать в Заполярье, куда их пригласили надымские газовики. Актрис не испугали даже сорокаградусные морозы. Поездка совпала с днем рождения Аллы, и об этом узнали зрители. На сцену вынесли выращенные за полярным кругом тюльпаны. «Я такой красоты никогда не видела», — рассказывала Алла. А в последние годы своей жизни она побывала с Театром имени Вахтангова в США, Австралии, Германии, Израиле. Для нее это был подарок Божий.

— Что Алла Ларионова любила привозить из поездок?

— Она обожала своих дочек Алену и Аришу, старалась одевать и обувать их в лучшее. Все было только для них. В советское время, правда, суточные были просто смешными. Заработки артистов того времени и нынешних «сериальных» несопоставимы. Ни Ларионовой, ни Рыбникову и не снилось, что можно так жить.


*Пик славы Аллы Ларионовой и Николая Рыбникова пришелся на 1950—1960 годы. На фото с дочерью

— Тем не менее говорят, что у Аллы Ларионовой была какая-то особая норковая шуба?

— Тогда просто не было столько норковых шуб, как сейчас, поэтому ее шуба казалась необычной. Одевалась Алла красиво. Любила украшения: цепи, кулоны, кольца. И все ей шло! Вообще, Алла была по натуре дизайнером. Четырехкомнатная квартира у них с Колей была уютной, со вкусом обставлена. В ванной голубая плитка. Сейчас этим никого не удивишь, а в 1960 годы казалось необыкновенным шиком. В гостиной — темно-серый ковролин с роскошным ворсом, камин, мебель югославская. В громадной кухне — очень красивый кремовый гарнитур. И, конечно, прекрасная посуда, чешский хрусталь… Всем этим занималась Алла. Коля относился к быту проще. Они были во многом людьми разными. Алла обожала общение, гостей, а он все эти посиделки, порой затягивающиеся до утра, не любил — шел спать. Правда, Коле нравилось все делать по дому. Он готовил борщ, занимался засолкой огурцов, помидоров, грибов… Алла не любила возиться на кухне — не ее это.

— У них была домработница?

— Нет. Во всем помогала мама Аллы.

— Не могу не спросить о потрясающей истории любви Ларионовой и Рыбникова. Правда, что Николай Николаевич шесть лет добивался ее внимания?

— Он Аллу обожал. Телеграммы, звонки с признаниями в любви были бесконечными. Но отношения складывались непросто. На съемках картины «Садко» Алла познакомилась с актером Иваном Переверзевым. Вспыхнул роман. В период съемок «Полесской легенды» они жили уже вместе. И вот на несколько дней Переверзев отлучился в Москву. А когда вернулся, Алла обнаружила в его паспорте… штамп — он расписался с другой актрисой. Алла была в отчаянии, так как находилась в положении. Позвонила жене брата, а она обо всем рассказала Коле. И он тут же прилетел к Алле в Минск, потому что любил ее по-настоящему. Сказал: «Все, Лапуся, идем расписываться». Поженились они второго января. Правда, идти в загс пришлось дважды. Регистраторша, не узнав знаменитых артистов советского кино, сказала, что подавать заявление надо за месяц. И тогда они отправились в другой загс, расположенный напротив кинотеатра, с надеждой, что там-то их точно узнают. Действительно, в этом загсе их расписали без лишних слов. Прожили Алла и Коля вместе 33 года.

— Алла Ларионова верила в судьбу?

— Да. Когда она училась в десятом классе, к ней прямо на улице подошла ассистент режиссера и предложила сниматься в массовке. Кроме того, ее соседом был известный режиссер Георгий Натансон. Он ее поддержал, сказав: «Алла, с твоей внешностью нужно идти во ВГИК». Она прислушалась к его совету. Натансон и на роль Любавы в фильме «Садко» порекомендовал ее режиссеру Александру Птушко.

— Чем увлекалась Алла Дмитриевна, кроме профессии?

— Много читала. А еще потрясающе водила свою белую «Волгу». Иномарок у них с Колей не было. А когда они появились у нас в продаже, у Аллы уже не было денег на покупку такой машины.

— В Киеве Алла Ларионова бывала?

— Конечно. Не раз снималась на Киевской киностудии имени Довженко. Очень любила этот город. К ней в Киеве тепло относились, и она отвечала взаимностью. Когда в Киеве проходил кинофестиваль и разбивали сад в память об Александре Довженко, Алла тоже участвовала.

— Как актрисе удавалось так хорошо выглядеть практически до последних дней?

— Знаете, она не делала никаких подтяжек и ботоксов, но всегда следила за собой. В последнее время носила парик. Как-то в самолете, когда возвращалась с гастролей, Алле стало плохо. Ей дали нитроглицерин, расстегнули воротник блузки. Актриса Валентина Титова предложила снять парик, чтобы легче было. Алла сказала: «Ни в коем случае! Если даже умру, то в парике».

— Алла Дмитриевна ограничивала себя в еде, занималась спортом?

— Чтобы не полнеть, придерживалась разных диет. А ее «спортом» были самолеты и поезда. И еще, думаю, секрет ее молодости в том, что она любила жизнь.

— Какой фильм с участием Аллы Ларионовой у вас любимый?

— «Анна на шее». И она тоже его очень любила.

— Вадим Георгиевич, у вас остался памятный подарок от Аллы Ларионовой? И что вы ей обычно дарили?

— Шикарное блюдо для пирожных, которое Алла привезла мне из Праги, стоит в моем доме на видном месте. А я дарил ей на дни рождения духи и цветы. Она обожала красные гвоздики. Розы ведь долго не стоят. Помню, как однажды 9 Мая Алла позвонила мне: «Можно мы со Светланой Павловой и еще одной нашей подругой, прилетевшей из Америки, придем к тебе?» «О чем разговор! Конечно, приходите», — отвечаю. А она через какое-то время опять меня набирает и сообщает, что подруга придет еще с одной своей приятельницей. И вот они заходят. Алла — с розами. «Знаешь, что? — говорит. — Бросай их в ванну и налей водички». Я так и сделал, мы сели за стол. И вдруг звонит соседка: «Вадим, ты меня заливаешь!» Я — в ванную, а там вода льется на пол — цветы закрыли сток. Пришлось ликвидировать потоп (улыбается).

— Что бы вы сказали Алле Дмитриевне сегодня, если бы она могла вас услышать?

— Хотелось бы, чтобы она жила долго-долго.