Життєві історії

Жена украинского пленного: "Нам говорят: "Ждите, делаем все возможное". Но мы этих действий не видим"

6:30 — 7 червня 2016 eye 2578

Жены наших военных, оказавшихся в плену, находятся на грани отчаяния и уже не знают, к кому обращаться, чтобы мужей вернули домой

«Почти два года от всех, кто занимается обменом пленных, мы слышим слова: „Ждите, мы делаем все возможное“, — говорит Юлия Коренькова. — Но мы этих действий не видим». Почти пятьсот дней бойцы находятся в плену в Донецке. В их судьбе — полная неизвестность. Сколько они еще могут пробыть в плену, как себя чувствуют, на каких условиях их могут вернуть? На эти вопросы нет ответов. «Насколько нам известно, на данный момент в плену находятся только двое кадровых военных, да еще и спецназовцы, — добавляет Юлия. — Страшно представить, как к ним могут там относиться. Когда в плен попадают солдаты США или Израиля, для этих стран становится делом чести сделать все, чтобы их вернуть, спасти. Так и Украина должна переживать за каждого своего гражданина, находящегося в плену, а не только о тех, чьи имена на слуху. Нельзя торговать судьбами живых людей ради политических целей и личных амбиций. За каждым пленным стоит семья».

«Младшей дочери полгода. Она с отцом еще ни разу не виделась»

Юлия Коренькова и Екатерина Глондар, жены бойцов 3-го полка спецназа, не были знакомы до февраля 2015 года. Женщин объединило горе. Теперь они вместе ездят на встречи с переговорщиками, общаются с журналистами, приходят к командованию полка.

16 февраля 2015 года старшина Сергей Глондар и младший сержант Александр Кореньков сопровождали колонну украинских военных, выходившую из Дебальцевского котла. Ее расстреляли, бронированную технику сожгли, многих украинцев взяли в плен, в том числе Сергея и Александра.

— В группе, в составе которой выехали наши мужья, было девять человек, — говорит Екатерина Глондар. — Двое погибли, двое были тяжело ранены. Их вскоре отдали боевики. Двоих освободили через 50 дней. Еще одному удалось сбежать. Саша и Сергей в плену до сих пор… У моего мужа в двух местах была разбита голова. Это хорошо видно на первом видео, которое мы нашли в Интернете сразу после дебальцевских событий. Оно такое жуткое, что свекрови его не показываем. Еще иногда нам передают снимки из плена. Не могу сказать, как мы их получаем. Мы знаем про все обмены, общаемся практически со всеми семьями, которые ждут возвращения своих близких, находим вернувшихся — они могут хоть что-то рассказать о наших мужьях.

— Конечно, возвращение в Украину Надежды Савченко — важно, и мы рады, что она уже не сидит в российской тюрьме, над ней не издеваются, — добавляет Юлия Коренькова. — Но и победой, я считаю, это называть нельзя. Ведь заложниками остаются больше сотни людей. Вот когда домой вернутся все, можно будет говорить о победе. Мы с Катей ездили на встречу с Надей Савченко и Ириной Геращенко в Киев. Надежда в первую очередь попросила у нас прощения за то, что уже дома, а наши родные — нет. Разговор сначала был сложным. Я даже не выдержала: «Наши мужья не меньшие герои». После небольшой паузы мы смогли начать говорить. Надя нам сказала, что постарается делать все, чтобы вернуть домой и других пленников. Дай Бог.

…Последний раз Катя видела мужа в Кировограде 4 февраля 2015 года. В тот день Сергей уехал в зону АТО.

— Когда муж попал в плен, я узнала, что жду второго ребенка, — продолжает Екатерина. — Мы не планировали еще одного малыша. Все получилось спонтанно. У нас уже была дочка, тогда ей исполнился год и восемь месяцев. Но мы давно договорились с мужем: если забеременею, будем рожать.

— Как вы узнали, что Сергей в плену?

— Его маме позвонили казаки войска Донского и сообщили, что ее сын в плену у «ДНР». Почти месяц после этого Сергей не выходил на связь. Впервые позвонил мне в марте. Я ему сразу сказала, что у нас будет еще один ребенок. Почти все время беременность была под угрозой. Но и на сохранение я лечь не могла — не с кем было оставить Марийку. Постоянно принимала успокоительные таблетки. Сергей время от времени звонил, но о себе ничего не говорил. Мы с Юлей постоянно находим в Интернете видео и фотографии пленных. Видели, что наших мужей водили убирать возле какой-то церкви… Это дает небольшое облегчение. Значит, живы…

Когда на свет появилась вторая дочка, Катя из роддома сообщила об этом родственникам пленных, которые находились вместе с Сергеем в здании Донецкого управления СБУ. К тому времени женщина нашла много семей, оказавшихся в такой же ситуации, как она.

— Я попросила всех: «Если кто-то позвонит оттуда, пусть Сергею скажут о рождении дочери и попросят перезвонить мне», — говорит Екатерина. — И через несколько часов муж набрал меня… Мы поздравили друг друга.

Из роддома женщину забирали друзья Сергея, которые продолжают служить в полку.

— Малышку зовут Аня, — говорит Катя. — Мария и Анна — два имени, которые выбрал муж еще до появления у нас старшей дочки. Марийке уже два года и 10 месяцев. Она помнит папу. Ждет его. Считает, что он на работе. Иногда Сережа по телефону говорит ей: «Привет». Ане полгода. Они с Сергеем еще не знакомы…


*Это дочери Сергея Глондара. Старшая помнит папу, а младшая родилась, когда отец уже находился в плену

«Мы расписались 10 января, а 5 февраля мужа вызвали в часть»

У Юли и Александра детей пока нет. «К сожалению», — говорит женщина. У пары вообще-то все еще… медовый месяц.

— Мы расписались 10 января 2015 года, — говорит Юлия. — Саша как раз приехал домой после долгой службы в зоне АТО. И мы решили сыграть свадьбу. К тому моменту были знакомы почти три года. О росписи говорили не раз. Но я даже не представляла, что все это случится зимой. Не могу сказать, что Саша торопился, что-то предчувствуя. Был спокойным. Просто неожиданно так решили. А 5 февраля его вызвали в часть. Медовый месяц мы не отгуляли. Поэтому я и говорю, что он у нас еще длится… Саша не рассказывал, где воевал. Счастьем было, когда звонил. А если его телефон был вне зоны, я не находила себе места. Мы с Катей постоянно ждем минских переговоров. Каждый этап для нас важен. Между прочим, наши мужья не должны быть в плену. Ведь их арестовали уже после подписания Минских соглашений 15 февраля. Но когда сепаратисты придерживались своих обещаний или договоренностей?!


*Юлия и Александр Кореньковы сыграли свадьбу в январе 2015 года. Фото из семейного альбома

Юлия работает учителем младших классов. Практически никто из коллег не знает о ее беде. Она не особо афиширует то, что происходит в ее жизни.

— Не хочу сочувствия, жалости, печальных глаз, — говорит Юлия. — От того, чтобы не сойти с ума, спасает работа, общение с учениками. За поддержку и желание помочь мы благодарны новому командиру 3-го полка. Он сам пытается найти людей, которые смогли бы договариваться об обмене его бойцов. Саша и Сергей единственные из подразделения находятся в плену.

Бойцы 3-го отдельного полка спецназначения тоже постоянно обращаются в разные инстанции с просьбой помочь спасти из плена своих военнослужащих.

— До конца 2014 года именно благодаря командованию нашей части удалось договориться и спасти тех, кто попал в плен, — говорит майор Андрей Неживой. — Но вскоре у воинских частей право вести такую работу забрали. Мы, к огромному сожалению, не имеем полномочий договариваться с боевиками. Был создан Центр по освобождению пленных при СБУ. С этого момента многие вопросы стали решаться с большим трудом.

Екатерина и Юлия уже обратились и в международные организации.

— Наши мужья есть в списках военнопленных Красного Креста, — говорит супруга Александра Коренькова. — Также мы подали иск в Европейский суд по правам человека в Страсбурге, писали американскому сенатору, дипломату Джону Маккейну. На днях отправили письмо королеве Великобритании. Думаем обратиться и к Папе Римскому. Стучим во все двери. В посольствах Германии, Франции, России в Украине нас уже знают в лицо. Но ситуация не меняется. Наши мужья остаются в плену. За эти 470 с лишним дней мы разве что с президентом страны не увиделись. На днях передали ему письмо: «Шановний Петро Олексійович, ми, дружини військовополонених Коренькова Олександра Олександровича та Глондара Сергія Вікторовича, звертаємось до вас з проханням посприяти у звільненні кадрових військових, які незаконно утримуються бойовиками „ДНР“ у місті Донецьку. Вони живі, вони хочуть додому, вони чекають, коли про них згадають». Сейчас ажиотаж от освобождения Надежды стихнет. И снова будем слышать: «Ждите»… Мы ходим по какому-то замкнутому кругу. Когда начались активные боевые действия, наши мужья, не колеблясь, пошли защищать страну. А теперь, когда они в плену, государство просто обязано их спасти.


*Екатерина и Юлия постоянно ездят в Киев на встречи с теми, кто занимается вопросами пленных, устраивают пикеты, обращаются в посольства. Они готовы стучаться во все двери, только бы вернуть мужей