История современности

49 дней в океане без воды и еды: 60 лет назад американцы спасли советских солдат

11:56 — 5 марта 2020 eye 1474
Светлана ВИШНЕВСКАЯ, «ФАКТЫ»

Чтобы выжить, ребята резали сапоги на кусочки, кипятили в океанской воде, а когда кирза чуть размягчалась, жевали ее

5 марта 1904 г. Изобретатель Никола Тесла описал процесс формирования шаровой молнии.

6 марта 1475 г. Родился один из крупнейших мастеров эпохи Возрождения Микеланджело.

7 марта 1960 г. В СССР была сформирована первая группа космонавтов из 20 военных летчиков.

8 марта 1910 г. Решением Социалистического Интернационала 8 марта объявлен Международным женским днем.

9 марта 1940 г. Финны в борьбе с советскими танками начали массированное применение бутылок с зажигательной смесью, за которыми вскоре закрепилось название «коктейль Молотова».

10 марта 1865 г. В Перемышле во время концерта, посвященного памяти Тараса Шевченко, впервые была исполнена композиция «Ще не вмерла України» (слова Павла Чубинского, музыка Михаила Вербицкого).

11 марта 1985 г. Михаил Горбачев был избран Генеральным секретарем ЦК КПСС.


17 января 1960 года младший сержант Асхат Зиганшин и рядовые инженерно-строительных войск Анатолий Крючковский, Иван Федотов и Филипп Поплавский дежурили на самоходной барже Т-36 недалеко от южнокурильского острова Итуруп. Начавшийся ночью шторм унес судно в Тихий океан. «Я принял решение выброситься на берег, — рассказывал Асхат Зиганшин. — Шаг рискованный, но выбора не оставалось. Попытка оказалась неудачной — столкнулись со скалой под названием Чертова сопка. Чудом не разбились, смогли проскочить между камней, хотя пробоину получили, вода стала затапливать машинное отделение. За скалой начинался песчаный берег, на него я и направил баржу. Мы уже касались днищем грунта, но тут закончилась солярка, двигатели заглохли, и нас понесло в океан».

Парни бросились откачивать воду, залатали пробоину, устранили течь. Из еды у них оказалась буханка хлеба, немного гороха и пшена, ведро перемазанной мазутом картошки, банка с жиром. Плюс пара пачек папирос и три коробка спичек. Пятилитровый бачок с питьевой водой разбился в шторм, пили техническую, предназначенную для охлаждения дизелей. Солдаты рассчитывали, что их вскоре спасут, но сержант на всякий случай сразу ввел ограничения в еде и воде. Ели раз в сутки по кружке супа. Воду пили трижды в день — по крохотному стаканчику из набора для бритья. Но и эту норму пришлось урезать после того, как младший сержант обнаружил в рубке обрывок газеты «Красная Звезда», где сообщалось, что в Тихом океане Советский Союз будет проводить запуски ракет, поэтому до начала марта там запрещено появляться любым судам. К заметке прилагалась схематичная карта региона. По звездам и направлению ветра прикинув, что они дрейфуют в эпицентре ракетных испытаний, стало понятно, что искать их не будут.

Уже потом солдаты узнали, что их никто не искал и по другой причине: на берег Итурупа выбросило спасательный круг с баржи и разбитый ящик из-под угля с бортовым номером Т-36. Командование решило, что экипаж погиб, налетев на скалы, и отправило родителям парней телеграммы с текстом: «Ваш сын пропал без вести».

«Постоянно пробовали ловить рыбу, — рассказывает Зиганшин. — Но ни разу не клюнуло. А мы и медузу съели бы, если бы вытащили. Потом вокруг баржи стали кружить стаи акул. Мы смотрели на них. А они — на нас. К тому времени мы уже съели ремешок от часов, кожаный пояс от брюк, взялись за кирзовые сапоги. Разрезали голенище на кусочки, долго кипятили в океанской воде, вместо дров используя кранцы — автомобильные покрышки, прикованные цепями к бортам. Когда кирза чуть размягчалась, начинали жевать ее».

«На барже была гармошка, и мы обнаружили кожу под ее клавишами, — вспоминает Анатолий Крючковский. — Иван Федотов сыграл в последний раз на гармошке, и мы ее съели. На последнем отрезке дрейфа начала отъезжать „крыша“ — голоса какие-то слышали, гудки кораблей. Мы почти не выходили на палубу, лежали в кубрике. Пытаешься подняться, но словно получаешь удар обухом по лбу, чернота в глазах».

Первый корабль ребята заметили на сороковые сутки дрейфа, но он был слишком далеко. Прошло еще несколько дней, на судне оставалось полчайника пресной воды, один сапог и три спички. И вдруг 7 марта парни услышали шум. Решили, что это галлюцинации, но все же с трудом выбрались на палубу и увидели два вертолета. «Из люков высунулись пилоты, сбросили веревочные трапы, показывают знаками, как подниматься, а я как командир ставлю свои условия: „Дайте продукты, топливо, карты, и мы сами домой доберемся“, — вспоминал Асхат. — Вертолеты повисели и улетели. Смотрим, появившийся авианосец, с которого вертолеты взлетели, начинает удаляться. В этот момент мы по-настоящему струхнули. Из последних сил начали подавать знаки, мол, не бросайте на погибель. Авианосец вернулся, вертолеты в небо поднялись, и мы уже не заставляли себя уговаривать».

Советские солдаты оказались на американском авианосце Kearsage. «Нам налили по миске бульона, дали хлеб, — говорит Зиганшин. — Мы взяли по кусочку, я парней предупредил, что с голодухи нельзя обжираться, ведь вырос в Поволжье в голодное послевоенное время… На барже я так не боялся, как на этом корабле. Остерегался провокаций, опасался, что не разрешат вернуться домой. А отпустят, что ждет в Союзе? Не обвинят ли в измене Родине? Американцы относились к нам хорошо, даже вареники с творогом сварили, о которых мы мечтали на барже, — коком на авианосце служил потомок эмигрантов из Западной Украины. И все же в первые дни после спасения я всерьез подумывал о самоубийстве, примерялся к иллюминатору, хотел выброситься…»

На сообщение американцев о спасении четверых советских солдат в Кремле не знали, как реагировать. Лишь 16 марта в «Известиях» на первой полосе появилась заметка «Сильнее смерти». «О нас и по американскому телевидению рассказывали, — продолжает Зиганшин. — Принимали нас в Штатах по высшему разряду. Отвели в модный магазин и приодели. Спрашивали аккуратно, не боимся ли возвращаться. Мол, если хотите, предоставим убежище. Мы отказались. Про нас потом говорили: эти четверо прославились не тем, что гармошку съели, а что в Штатах не остались. Хемингуэй приветственную телеграмму мне присылал. От Тура Хейердала письмо приходило. Конечно, приятно, что великие люди слышали мое имя, но я понимал: мы с ребятами своей славой обязаны стечению обстоятельств…»

Филипп Поплавский, Анатолий Крючковский и Асхат Зиганшин по рекомендации командования поступили в Ленинградское военно-морское училище, а Иван Федотов, парень с берегов Амура, вернулся домой. Анатолий Крючковский много лет проработал на киевском заводе «Ленинская кузница».

Напомним, ровно 60 лет назад состоялся первый в истории визит советского лидера в США.