Происшествия

«Внучка страшно испугалась: «Бабушка, это как цунами!» — рассказ пострадавших от наводнения (фото, видео)

12:48 — 30 июня 2020 eye 1131

На западе Украины в результате наводнения остаются подтопленными 70 населенных пунктов. Специалисты говорят, что наводнение, случившееся в Ивано-Франковской, Черновицкой, Львовской и Тернопольской областях, оказалось самым страшным и разрушительным с 2008 года. Из-за интенсивных осадков и поднятия грунтовых вод серьезно пострадали сотни домов, разрушены мосты и дороги. Ливни стали причиной оползней, один из которых уничтожил живописное озеро в Карпатах. В Прикарпатье жертвами стихийного бедствия стали три человека. Погибли находившиеся в утонувшем в реке автомобиле мужчина и женщина, а также пенсионерка, которая упала в бурный поток воды.

«ФАКТАМ» из первых уст удалось узнать подробности того, что происходило в Прикарпатье. Мирослава Новосельская рассказала, как сотрудники ГосЧС спасали ее 11-летнюю дочь Юлю, оказавшуюся в эпицентре страшных событий. До ближайшего населенного пункта, который находится в восьми километрах от затопленного села, девочку везли пять часов.

— Через месяц Юле будет 12 лет. Она родилась как раз во время наводнения летом 2008 года (тогда в результате стихийного бедствия пострадали Львовская, Ивано-Франковская, Закарпатская, Черновицкая, Тернопольская и Винницкая области, погибло 39 человек. — Авт.). За день до ее рождения чуть не погиб мой отец, — рассказала «ФАКТАМ» Мирослава Новосельская. - У родителей тогда было большое хазяйство, и отец пытался спасти свиней. Воды во дворе ему было по плечи. В холодной воде свело судорогами ноги. Он бы утонул, если бы не проплывавшие мимо сотрудники ГосЧС. Они его заметили и спасли.

Вода тогда поднялась до окон родительского дома. Весь первый этаж был уничтожен… И вот сейчас, считайте, то же самое. Родители три дня жили на втором этаже. Когда вода начала прибывать (а это произошло очень стремительно), родители все, что могли, перенесли с подвала на первый этаж. А потом на второй… Кур, цыплят и котов переправили на чердак. Сами сидели на втором этаже и готовились принять нескольких соседей, у которых одноэтажные дома. В таких случаях второй этаж становится спасением.

Мирослава с дочкой живет во Львове. Говорит, сестра привезла Юлю в село к дедушке с бабушкой буквально за три дня до наводнения.

— В тот момент никто и предположить не мог, что такое начнется, — говорит Мирослава. — Мне нужно было по работе ехать в Киев. Понимая, что рискую в дороге заразиться коронавирусом, решила на две недели отправить дочь к маме и папе. За день до наводнения дочка с моим отцом ходили смотреть на Днестр. Они обратили внимание, что уровень воды в реке поднялся. Тогда же стало известно, что в Карпатах начались дожди. А уже на следующее утро вода была у них во дворе.

— Вода прибывала с разных сторон и это происходило так быстро! — рассказала «ФАКТАМ» мама Мирославы Анна Васильевна. — Несколько наших цыплят утопились, мы не успели их спасти. Оказались в воде и пять наших ульев, пчелы, естественно, погибли. Спасая хозяйство, я впервые в жизни увидела, как плавает петух… Мы пытались поднять на чердак и гусей, но они спрыгнули вниз и следующие четыре дня плавали в воде возле дома. Под воду ушел весь наш двор. Когда внучка утром 22 июня вышла на крыльцо, она страшно испугалась: «Бабушка, это как цунами!»

— Наводнения в нашем регионе, к сожалению, не редкость, но такого Юля еще не видела, — говорит Мирослава. — Очень быстро в доме, который находится ниже, затопило половину первого этажа. Родители забрали к себе пострадавших соседей. В доме пришлось отключить газ, затем пропала электроэнергия. В таких условиях невозможно воспользоваться даже туалетом, не говоря уже о душе. Приготовить поесть тоже не можешь, ведь нет электричества и кухню затопило.

Вода продолжала прибывать, и я поняла, что должна немедленно забрать оттуда дочь. Никто не знал, что будет дальше. Я хотела забрать и родителей, но они не согласились — не могли оставить дом и спасенное хозяйство. Через знакомых мне удалось выйти на сотрудников ГосЧС, которые помогли эвакуировать Юлю. Сначала обсуждался вариант отправить за ней вертолет. В семь часов утра папа говорил, что еще видно поле, на которое можно было бы сесть. Но уже через три часа там тоже все затопило. Поэтому сотрудники ГосЧС плыли за Юлей на лодке. Я тем временем доехала до села Диброва — это в восьми километрах от родительского села. Дальше машина бы уже не проехала, там сейчас можно только плыть.

Восемь километров сотрудники ГосЧС вместе с дочкой преодолели за пять часов. За это время они пять раз меняли лодки. Сначала была обычная надувная, потом деревянная (которая, по словам Юли, очень сильно промокала), потом еще одна надувная, но уже с мотором… Наши спасатели большие молодцы, но их техническое обеспечение оставляет желать лучшего. У них было две лодки. Одна на следующий день напоролась на забор, находившийся под водой. Когда плывешь, ты не видишь, что внизу — вода ужасно грязная. Дочка рассказывала, что в местах, где трудно было проплыть на лодке, спасатели несли ее на руках… Не везде, где они проплывали, была мобильная связь. Это только добавило нам переживаний. В какой-то момент я не смогла дозвониться Юле, а маме кто-то позвонил и сообщил, что лодка сотрудников ГосЧС перевернулась. Мы не знали, что думать…

К счастью, лодка, в которой плыла Юля, не переворачивалась, и с дочкой все было в порядке. Она потом рассказывала, как помогала спасателям убирать попадавшую в лодку воду. «Я вспомнила, как мы это делали, когда плыли с тобой по реке Иордан», — сказала Юля. Еще дочка вспомнила, как у нас были справы на плотах по Днестру — это наша ежегодная традиция на День независимости. Так что Юля была немного подготовлена. Дочка умеет плавать, но я просила ее ни в коем случае этого не делать — вода ужасно грязная и холодная, в ней запросто может свести ноги, как это было с моим отцом в 2008 году.

Когда спасатели вместе с Юлей доплыли до еще одного населенного пункта, оттуда дочку уже должна была забрать машина. Сначала за ней отправили «Ниву», но она не проехала. В результате ее забирала большая машина для развозки хлеба. После пережитого Юля полдня вообще не могла говорить. Сейчас постепенно приходит в себя.

— Я очень боялась отпускать внучку, — говорит Анна Васильевна. - В 2008 году во время наводнения погибло много людей. Кого-то ударило током, а кто-то утонул… Это было страшно. Единственное, чем я смогла помочь внучке — дать ей резиновые сапоги… Слава Богу, Юля жива и здорова. Я боялась, что лодка перевернется, девочка упадет в воду… Вы не представляете, насколько грязная эта вода. Там плавают мертвые животные, мусор, фекалии… Людям четыре дня некуда было сходить в туалет. Они, извините за подробности, вынуждены были справлять нужду в ведра и выливать все это в ту же воду на улице. Сейчас вода постепенно сходит, и я передать не могу, что это за запах. От него тошнит.

Наши дома уничтожены. На первом этаже мокрые полы, стены впитывают влагу. Мебель распадается, ее теперь только выкидывать. Техника тоже непригодна. Мы как раз накануне сделали ремонт. А теперь дом в таком состоянии, что в нем невозможно жить. На втором этаже тоже ужасная сырость, грибок… Стоит положить на стол хлеб, как уже на следующий день он полностью плесневеет. А хлеб — это едва ли не единственное, что мы ели всю последнюю неделю. Приготовить ничего не могли. Ждали, пока нам привезут хлеб и воду.

Некоторые соседи жили в одноэтажных мазанках. Эти дома практически ушли под воду. Кто-то бежал к соседям, кто-то — в расположенную выше школу, где несколько этажей (школа, кстати, тоже сильно пострадала и ее необходимо восстанавливать). Соседская бабушка рассказала, что все четыре дня просидела под крышей своего дома. «Там было так душно. Я думала, что умру», — говорит. Сотрудники ГосЧС подвозили ей питьевую воду…

Сейчас воду откачивают, но она снова прибывает. Значит, уровень воды в Днестре остается высоким. Больше всего мы боимся дождей. В воскресенье, 28 июня, у нас опять был ливень и ураган. Несколько деревьев вырвало с корнем, они упали на электропровода… Мы живем как на пороховой бочке. И пока не понимаем, что делать дальше, где взять деньги на то, чтобы восстановить дом.

— Более того, сейчас и не начнешь никакой ремонт, ведь стены мокрые. Их нужно сушить, а это дело не одного дня, — говорит Мирослава. - В 2008 году мы потеряли три дома. Два родительских и мою дачу, в которую я вложила много денег и сил. Все это было затоплено, а когда зашла речь о компенсации, нам заявили, что раз мы одна семья, значит, и компенсация положена только за один дом. Причем, за самый дешевый. Денег, которые нам дали, не хватило на ремонт даже одного дома. Папа тогда был фермером. Вода затопила его зерно, была уничтожена вся техника. Это огромные убытки, а компенсировали только пять тысяч гривен. Сейчас, похоже, что родители потеряли и машину. Не знаю, можно ли ее отремонтировать после того, как она четыре дня была в воде. А автомобиль для них — необходимость. В прошлом году мама тяжело заболела и ей регулярно требовалось ездить в больницу. Без машины это невозможно. Остается надеяться, что в этот раз мы получим компенсации. И что произойдет это не через полгода, а в ближайшее время — ведь людям негде жить. Сейчас людям предлагают фотографировать масштаб убытков и заполнять онлайн-формы на компенсацию. Мы, конечно же, это сделаем. Но вот как это сделают старенькие одинокие бабушки, у которых даже нет мобильных телефонов, не представляю.

На днях председатель Ивано-Франковской облгосадминистрации Виталий Федоров заявил, что на преодоление последствий наводнения в регионе необходимо более двух миллиардов гривен. Ранее «ФАКТЫ» публиковали интервью с экологом, который сказал, что потоп в Западной Украине вызван вырубкой лесов в Карпатах. Жители затопленных сел уверены, что так и есть.

— Леса вырубают в Карпатах, а страдают те, кто живет внизу, то есть мы, — говорит Мирослава. — Если в Карпатах начинаются дожди, вода стекает к нам. Вокруг наших домов много деревьев. Помню, как еще бабушки и дедушки говорили, что их ни в коем случае нельзя спиливать, ведь они задерживают воду. Но если это происходит выше, в Карпатах, наши деревья нас уже не спасут. Еще одна проблема в том, что последние годы здесь активно крадут речной гравий и песок. Его вывозят КАМАЗами, продают (он используется при строительстве). Это тоже способствует наводнению. В родительском селе люди не вырубают леса и не вывозят гравий. Но именно они страдают от последствий этого. Ты живешь как на пороховой бочке. И это действительно страшно.

Читайте также: Наводнение в Западной Украине: что там происходит и каковы прогнозы

Тем временем в пострадавшие от наводнения регионы начала поступать помощь из других стран.

Фото предоставлены Мирославой Новосельской