Події

«Когда в детдом привезли двухлетнего Дениса, он бегал на четвереньках и лаял. А если ему было плохо, скулил по-собачьи»

0:00 — 19 жовтня 2007 eye 874

Сотрудникам детского дома «Вишенка» во Львовской области понадобилось несколько месяцев, чтобы воспитанный… собакой малыш стал понимать человеческую речь, ходить на двух ногах и есть ложкой, сидя за столом

Эта невероятная история произошла в селе Цеперов Каменко-Бугского района Львовской области. Объезжая неблагополучные семьи, сотрудники службы по делам несовершеннолетних обнаружили, что во время частых и продолжительных отлучек матери-одиночки, 22-летней Мирославы, воспитанием ее двухлетнего сына Дениса занимается... собака.

«Вместо пола в хате была земля. Видимо, чтобы готовить еду, хозяева разводили костер прямо посреди комнаты!»

— В тот день, в конце ноября прошлого года, мы проводили дежурный рейд, — рассказала «ФАКТАМ» начальник службы по делам несовершеннолетних при Каменко-Бугской райгосадминистрации Галина Войткив. — В регионе 152 неблагополучные семьи и 52 ребенка-сироты. Поэтому необходимо постоянно ездить по селам и городам, проверять условия проживания детей. Благо, исполняющий обязанности главы райадминистрации Ярослав Янышен помогает нам автотранспортом.

По дороге заехали к главе Старояричевского сельсовета Андрею Андрущенко, а он нам взволнованно рассказывает: «Узнал от односельчан, что в селе Цеперов живет Мирослава — мать-одиночка (ее гражданского мужа задавил трактор), которая растит маленького сына, двухлетнего Дениса. Женщина полностью игнорирует свои родительские обязанности, часто закрывает малыша одного в хате, а сама отправляется гулять с друзьями. Ее может не быть дома по нескольку дней. Ребенок, по сути, оставлен на... собаку, которая его и воспитывает. Я недавно был в этом доме, взрослых не застал. На порог на четвереньках выскочил Денис и... облаял меня».

Естественно, мы сразу поехали на место, хотя погода была ужасная: дождь со снегом, непролазная грязь, холод. Вид «хозяйства» этой семьи поразил. Территорию перед домом двором назвать тяжело — забора нет, все позарастало крапивой и полутораметровым бурьяном. Сама хата старая, покрыта соломой. В маленьких окнах выбиты стекла, торчат лишь осколки. Все это прикрыто приклеенной клеенкой. Двери еле держатся на петлях: толкнешь — и сразу вывалятся. Мы подошли, позвали — никого. Тут услышали, что в доме кто-то скулит. «Может, такие звуки подает закрытый в помещении мальчик?» — предположил Андрей Андрущенко. Сорвали клеенку и заглянули внутрь: в хате металась привязанная собака.

В комнате вместо нормального деревянного пола была обычная земля и куча грязных тряпок. В углу — две старые кровати на металлических пружинах. На них — разодранные матрасы в пятнах, из дыр торчит вата. Посредине — самодельный стол, разваленная печка. Судя по всему, хозяева, чтобы греться и готовить пищу, разводили костер на земле прямо в комнате! Ни электричества, ни газа, ни воды! В этот момент к нам подошла соседка: «Если хозяев нет дома, поищите их в поселке Новояворовское — у сожителя Мирославы». Поехали туда. Картина оказалась не лучше, чем в Цеперове: двор завален какими-то железками, банками, колясками. В хате на полу — бутылки, грязная одежда, в углу коридора — мусорная свалка. Из-за немытых окон в помещении полумрак. В углу топчан без постели. Помещение обогревает включенная спиральная плитка.

Денис ползал по земляному полу и скулил от боли — у него на одной руке был сильный ожог: видно, дотронулся до раскаленной плиты. Подошли к мальчику — весь измазан, грязные волосы дыбом. На голове — ужас сколько вшей: они его прямо «доедали». Возле Дениса был еще один ребенок — как выяснилось, это пятилетняя дочь сестры сожителя Мирославы. Малышка, у которой есть еще шестилетний братик, больна церебральным параличом.

Появилась мама Дениса. «Как же вы до такого дошли? — говорим ей. Собирайте ребенка, забираем его на обследование в больницу!» Она и собрала — передала нам мальчика в одних... порванных колготках на несколько размеров больше. Сверху — легонькая старая курточка. Мы: «На улице мороз, неужели нет ни сапожек, ни ботиночек?» — «Нет!» Сунула нам Дениса и пошла обратно в хату.

«В детдоме у Дениса появилась настоящая семья. А вот о маме он не вспоминает... »

Малыша отвезли в детское отделение Новояворовской больницы, где он пробыл две недели. Потом Дениса перевели в Каменко-Бугскую центральную районную больницу. Мальчик, к всеобщему удивлению, оказался физически здоров. А вот психически... все повадки собаки! За это время служба по делам несовершеннолетних собрала необходимые документы и вынесла вопрос на заседание опекунского совета о помещении ребенка в детский дом смешанного типа «Вишенка» в селе Жовтанцы на полное государственное обеспечение. Таким образом, маме мальчика дали шанс исправиться: вдруг одумается, пойдет работать, наведет порядок в доме. Однако чуда не произошло. Поэтому сейчас готовятся документы на лишение женщины через суд родительских прав. Параллельно социальные работники занимались и детьми сестры сожителя Мирославы. Ее сына также направили в «Вишенку», а дочери оформили инвалидность и поместили в специализированную школу-интернат.

— Когда в наш детский дом привезли двухлетнего Дениса, он бегал на четвереньках, как собака. Не говорил — лаял. Если ему было плохо, не плакал, а скулил по-собачьи. Да и все повадки у него были, как у животного, — рассказывает «ФАКТАМ» директор детдома «Вишенка» Лариса Склярская. — После работы с ребенком наших психологов и преподавателей мальчик очеловечился, начал хорошо развиваться, многому научился и уже почти не отличается от своих сверстников. Впрочем, старые привычки иногда дают о себе знать. Как-то забежала к нам собачка. Денис, увидев ее, страшно обрадовался, встал на четвереньки, обнял, и они принялись «целоваться». Мы их еле растащили. Помыли малышу ручки, но только отвернулись — он опять побежал к песику. Да и потом, бывало, как только видел собаку, становился на четвереньки и начинал лаять...

— Сейчас это нормальный ребенок, который хорошо развивается, — заверила нас психолог детдома Мария Магир. — До перевода к нам малыш почти не общался со сверстниками и взрослыми, поэтому можно говорить лишь об отставании в развитии, а не о том, что он останется «собакой». Сейчас Денис все понимает, нормально ходит, сидит, научился пользоваться за столом ложкой и вилкой. Правда, мало разговаривает — отдельными словами, но уже осмысленными. На занятиях усердно вырисовывает солнышко и деревья, старательно лепит фигурки из пластилина, «гасает» на уроке физкультуры. Все дети его любят! Младшие и одногодки играют с Денисом, старшие носят на руках. По характеру он добрый. Любит ласку и внимание, чтобы его обняли, приголубили. Как увидит воспитательницу, сразу бежит к ней. В детдоме у мальчика, наконец, появилась настоящая семья! А вот о маме он не вспоминает...

— За все это время Мирослава появилась у нас только один раз, — говорит Лариса Склярская. — Но пришла нетрезвая, поэтому мы запретили ей встречаться с ребенком. А вообще, ситуация с ростом числа неблагополучных семей, как мне кажется, становится все большей проблемой. У нас тут живут целыми династиями: под одной фамилией — до семи малышей! А причины разные: алкоголизм, бедность, поездки на заработки...

Во Львовской области уже более пяти тысяч(!) детей-сирот и ребят, лишенных родительской опеки

Денис оказался очень симпатичным мальчуганом. Еще не совсем отошедший от обеденного сна, он с любопытством рассматривал незнакомых людей. А вот разговаривать с нами не захотел, как его ни просили. Лишь отворачивал голову и застенчиво улыбался. Попался ребенок на «провокацию»: кто-то из преподавателей разочарованно произнес: «Да он так и не научился говорить!» Глаза Дениса сделались обиженными, и он еле слышно буркнул себе под нос: «Научился!» По нашей просьбе малыш принес свою любимую игрушку — большую зеленую плюшевую лягушку — и показал, где у нее ротик и глазки...

А вот застать дома Мирославу «ФАКТАМ» не удалось. Полуразваленная хата была пуста. Возле разбитого порога, свернувшись калачиком, дремала дворняжка — наверное, та самая, которая воспитывала маленького Дениса.

— Да не бывает Мирославы в это время дома! — крикнула нам проходившая мимо соседка Мария. — И вообще, она тут редкий гость, после того как у нее Дениску забрали: может, у своего мужика в соседнем селе загуляла, а может, подрядилась чужие огороды обрабатывать.

Семья-то у них раньше нормальная была. Мама Мирославы на заводе работала, неплохо получала, а потом вдруг пить начала, хозяйство забросила. К стакану и дочку свою приучила. Когда та родила, мы думали, остепенится. Да где там! А после того как погиб ее гражданский муж, отец мальчика, совсем разгулялась. Запирала хату с малышом, и не видно ее по нескольку дней. А чтобы с Денисом погулять, игрушки ему купить — такого соседи почти не видели. Люди говорят, что родители погибшего отца просили, чтобы им внука отдали на воспитание. Так не дали! Денису в детдоме, конечно, лучше...

— История с Денисом — один из самых диких случаев. К сожалению, от них наше общество не застраховано, — отметил начальник службы по делам несовершеннолетних Львовской областной государственной администрации Владимир Лис. — Ситуация действительно угрожающая: в области 1628 детей, лишенных родительской опеки, 880 сирот, 451 малыш живет в детдоме. Мы насчитали 124 случая, когда дети, официально имея опекунов, все равно находились в детских домах.

Только в ходе рейда «Урок» было выявлено 204 ребенка, которые не учатся. И это далеко не полная картина... А сколько детей выехало с родителями за рубеж! Сейчас по этому поводу проводится соответствующая проверка, результаты которой будут переданы в прокуратуру.

Мы работаем над всеукраинским электронным банком данных на детей-сирот, ребят, лишенных родительской опеки, проживающих в тяжелых условиях. В этот список только по Львовской области уже внесено более пяти тысяч детей! И нет никакой гарантии, что случаи, похожие на историю с Денисом, не повторятся...