Події

«разрежу снаряд и докажу милиции, что никакого тротила внутри нет. Нечего вокруг этого поднимать столько шума! »

0:00 — 1 липня 2006 eye 1351

- сказал жене за мгновение до взрыва житель села Бовсуны Лугинского района Житомирской области Леонид Козаченко

От взрывов снарядов в Лугинском районе Житомирской области погибли два человека. Трагедии произошли 21 и 23 июня. Смерти людей не были случайными. Дело в том, что земля здесь буквально напичкана смертоносным железом: на 6 тысячах гектаров раскинулся в прошлом известный, а ныне заброшенный Игнатпольский полигон. На территории остались десятки, сотни тысяч артиллерийских снарядов и авиабомб, и в окрестных селах практически в каждом дворе припрятаны боеприпасы. Жители таскают их с полигона для сдачи в металлолом. Интересная деталь местного быта: даже границы огородов здесь отмечают снарядами.

Рядом с местом взрыва лежали 55(!) боевых снарядов, которые могли бы поднять на воздух все село

- В то злополучное утро Леня куда-то вывез на тракторе снаряды, которые хранил в сарае, но один все же оставил, — рассказывает Анна Сергеевна, жена погибшего 67-летнего жителя села Бовсуны Лугинского района Житомирской области Леонида Козаченко.  — А когда вернулся, принялся резать его «болгаркой». Помню, еще улыбнулся мне и говорит: «Вот сейчас разрежу и докажу сотрудникам милиции, что никакого тротила внутри нет. И нечего подымать вокруг этих снарядов столько шума! (Накануне работники милиции ходили по дворам и предупреждали, что на следующий день вывезут все «арсеналы» селян.  — Авт. ) Разрежу и положу им на стол, пусть убедятся. А ты пока иди, готовь завтрак». Я говорю ему: «Хорошо, Леня, сейчас быстренько накопаю молодой картошки в огороде и сварю». Пошла в огород, только успела копнуть, как раздался жуткий взрыв…

Взрывной волной повыбивало стекла в ближайших домах, в пыль разнесло гараж, в сарае Козаченко обвалился потолок. Осколки взорвавшегося фугаса сыпались на крестьян, косивших траву в двух километрах от места взрыва. А останки мужчины собирали повсюду: на земле, на крыше, на деревьях. «Все аккуратно сложили, похоронили, а потом еще ведра два кусков тела насобирали по всему двору: руку нашли, кусок носа, мозги… Пришлось открывать гроб и докладывать», — рассказывают дети погибшего, прилетевшие на похороны из России.

Мы приехали в Бовсуны на второй день после похорон. Все село оплакивало погибшего, жалели вдову, детей. Односельчане в один голос говорили, что Леонид Козаченко был специалистом с большой буквы, сам сделал трактор, построил мельницу, помогал чем мог другим. Прекрасный электрик и человек замечательный, трудолюбивый и, что крайне важно для украинского села, непьющий. Он, как и все его односельчане, много лет подряд вывозил с полигона снаряды, сам распиливал и сдавал в металлолом, деньги собирал копейка к копейке… И надо же было такому случиться, чтобы среди учебных снарядов попался боевой…

Впрочем, это не случайность: буквально за сутки до этой трагедии в пяти минутах езды от села, в поселке Лугины, при таких же обстоятельствах погиб местный житель. Взорвался снаряд, который он распиливал в собственном сарае. Сарай загорелся. Прибывшие спасатели нашли хозяина лежащим в луже крови, но еще живым. Однако по пути в больницу он скончался. Со слов соседей, у 28-летнего мужчины остались жена и годовалый ребенок. На место взрыва немедленно были вызваны пиротехники, поскольку рядом с сараем обнаружился целый арсенал: 55 боевых противотанковых 125-миллиметровых снарядов. Просто каким-то чудом эти начиненные тротилом снаряды не сдетонировали и не подняли в воздух весь поселок.

Как рассказал начальник отдела по вопросам чрезвычайных ситуаций Лугинской райгосадминистрации Николай Бардушко, несчастные случаи в этих местах бывали и раньше. Например, в 2003 году на полигоне от взрыва снаряда погиб один из охотников за металлом из Коростенского района. Но местные жители все равно продолжают свой промысел, ведь боеприпасов здесь просто не счесть…

По словам заместителя начальника Главного управления МЧС Украины в Житомирской области Игоря Стельмашова, на протяжении 40 лет, с 1950 по 1990 годы, на Игнатпольском полигоне в Житомирской области проводились учебные стрельбы танкового полка, который базировался в Лугинах. В результате на шести тысячах гектаров территории полигона осталось огромное количество неразорвавшихся снарядов. В процессе реорганизации воинскую часть ликвидировали, а территорию полигона вроде бы передали Лугинскому гослесхозу, однако никаких документов приема-передачи земель у местных органов исполнительной власти нет. Игнатпольский полигон охватывает территорию трех районов: Овручского, Лугинского и Коростенского. И для местных жителей начиненный снарядами полигон представляет реальную угрозу.

- Житомирская облгосадминистрация не раз обращалась к руководству Минобороны с просьбой очистить территорию бывшего полигона, — продолжает Игорь Стельмашов.  — Но никаких конкретных действий не последовало. В прошлом году областное управление МЧС предложило включить в план работы Государственной комиссии по техногенно-экологической безопасности и чрезвычайным ситуациям этот проблемный вопрос. Ведь решить его можно только на государственном уровне. Более того, наше управление обратилось в военную прокуратуру Северного региона Украины с просьбой о содействии. Кто-то же должен обязать военных привести, наконец, в порядок территорию полигона! Ответа пока нет.

«Моей соседке война не страшна — у нее полон двор боеприпасов»

С конца 90-х годов прошлого столетия в села близ полигона не раз выезжали подразделения МЧС и Минобороны в связи со взрывами снарядов. Было выявлено и обезврежено 76 артиллерийских и 277 авиационных снарядов. Но для 6 тысяч гектаров полигона, напичканного железом, — это капля в море. В течение трех дней после несчастного случая, произошедшего 21 июня, пиротехники Главного управления МЧС в Житомирской области вместе с работниками милиции обследовали все дворы прилегающих к полигону сел. И результаты оказались впечатляющими. Во дворах и сараях, а также в болотах и канавах нашли сотни снарядов! Только во дворе одной старенькой жительницы Лугин изъяли пять тонн(!) учебных снарядов, которые она сдавала как металлолом. Когда боеприпасы загружали в грузовик, женщина буквально закрыла их своим телом со словами: «Не отдам! Это мой кусок хлеба!»

- И у меня во дворе боевой снаряд лежит! — закричала местная старушка Александра Пинчук пиротехникам, когда снаряды вывозили со двора ее соседки. И принялась рассказывать нам, откуда у нее это железо: — Когда все возили с полигона снаряды, мои дети тоже привезли и положили во дворе. Мы уже много лет перекатываем его туда-сюда — «як ту ляльку». Но когда с Леней такое горе случилось, я уже ночи не сплю и думаю: а если бахнет? Был еще один снаряд, но я сказала своему деду: «Бери на плечи и выбрасывай куда хочешь». Он в канаву и выбросил.

- Сколько люди ходили по полигону, возили домой снаряды и не боялись, — продолжает баба Шура.  — Кто сразу все не смог сдать, у того и собрались целые кучи. Вон моей соседке война не страшна — у нее полон двор боеприпасов. Ее сын, бывало, как начнет молотом по ним стучать, сбивать медь, да так, что гул по селу стоит! И ничего не взрывалось, а тут сразу два человека погибло…

Как удалось выяснить у местных жителей, сегодня за килограмм меди в пункте приема металла платят по семь гривен, за черный металл — по 30-60 копеек за кило. Не густо, но для многих это шанс хоть что-то заработать. Правда, говорят, раньше в пунктах приема распиленные снаряды покупали охотнее, чем сейчас. В районе такой пункт закрыли, так что нужно везти в Коростень.

- Чем зарабатывают на жизнь жители села? — интересуюсь у бабы Шуры.

- Да никакой работы нет. Мужчины, молодые хлопцы, все чисто лежат коло бухфета, пиво пьют, а потом самогонкой заряжаются. А женщины, которые не пьют водку, только мучаются и не хотят даже детей рожать.

- Деньги на выпивку, небось, тоже где-то нужно раздобыть?

- Мужики на выпивку всегда находят: помогут, например, пенсионерке картошку посадить да окучить. Стоят на учете на «бирже», да на эти деньги и живут. А так все копошатся в своих огородах.

«Думаю, немало предприимчивых людей извлекают из бомб тротил для… взрывчатки»

По словам бывшего председателя сельсовета Бовсунов Григория Емельяновича, когда-то здесь был большой совхоз, в котором работали 43 трактора, 10 комбайнов, рос фруктовый сад в сто гектаров, имелось большое рыбное хозяйство. Колхозники получали зарплату два раза в месяц, причем довольно приличные деньги. А сейчас у стариков сердце рвется на части от нынешнего состояния села. Вот люди и промышляют на бывшем полигоне…

- На каждом снаряде имеются медные кольца, представляющие особую ценность для собирателей металла, их вес примерно 400 граммов, — рассказывает начальник отдела по вопросам чрезвычайных ситуаций Лугинской райгосадминистрации Николай Бардушко.  — Из противотанковых снарядов люди вытаскивают и продают алюминиевые стабилизаторы. А авиационные бомбы — это же сплошной металл, их пилят и тоже сдают.

Для этого местные жители приобретают металлоискатели и инструменты для резки металла. Сейчас в болотах можно найти десятки тысяч боеприпасов. По цвету различают боевые снаряды (в обычных условиях они серого цвета) и учебные болванки — они черные. Правда, когда снаряд покрыт ржавчиной, его цвет уже не определишь.

Думаю, немало предприимчивых людей извлекают из бомб тротил для изготовления… взрывчатки. Ведь специалистов у нас достаточно: те, кто побывал в Афганистане, Югославии, Ираке, знают толк в снарядах. Только вот где и когда всплывет этот тротил — неизвестно.

По словам Николая Бардушко, на полигоне покоятся еще тонны «железа». Например, прошлой осенью недалеко от полигона была остановлена подвода, доверху груженная снарядами. В ходе проверки среди учебных снарядов выявили и один боевой. Подобных случаев не счесть.

- Как-то мы с коллегой просто прошлись по полигону и нашли боевые снаряды — там десять штук, там еще пять, — продолжает собеседник.  — В результате несколько десятков пришлось сразу же взорвать. Чтобы очистить этот полигон, нужны миллионы гривен. На уровне области такую проблему не решить. Она под силу только государству.

А кроме того, люди частенько занимаются самозахватом земли. Если надо посадить картошку, пашут, где понравилось. Селяне настолько свыклись с существующим положением дел, что просто не думают об опасности. Я слышала, как хозяйка одного из дворов, откуда вынесли несколько тонн снарядов, недовольно посетовала, мол, если забирают, то хотя бы платили за железо… И это после гибели своих земляков. Сколько же еще должно погибнуть людей, чтобы территорию полигона начали очищать от снарядов?!

В этот момент, будто в ответ на вопрос минчаэсника, откуда-то издалека донесся мощный взрыв. Неужели еще одна трагедия?! К счастью, нет. Как выяснилось, это пиротехники подорвали собранные по дворам снаряды.