Політика

Критика работы силовых структур привела к противостоянию в органах высшей власти?

0:00 — 9 серпня 2005 eye 193

Заявление секретаря СНБО руководство Минобороны, Генпрокуратуры и СБУ приняло в штыки

Критическое высказывание секретаря Совета по вопросам нацбезопасности и обороны Петра Порошенко по поводу того, что отечественные правоохранительные органы и спецслужбы «в своем нереформированном, фактически советском состоянии не способны противостоять новым угрозам, более того, они сами создают угрозу национальной безопасности», спровоцировало комментарии эмоционального характера со стороны упомянутых структур.

Первым отреагировало на выступление Министерство обороны, что вполне объяснимо. За время существования независимой Украины столкновение мнений представителей силовых структур имело место, но оно меньше всего касалось порядка реформирования армии. Если другие претерпевали существенные структурные изменения (например, от МВД к Минюсту было передано Управление исполнения наказаний, осуществлена реформа паспортной системы, под управление МЧС перешла служба пожарной охраны, в начале 90-х перестраивали и СБУ.  — Авт. ), то реформа оборонного ведомства фактически преследовала одну-единственную цель — сократить неподъемный арсенал боевой мощи, доставшийся в наследство от Советского Союза. Правда, всякий пришедший сюда реформатор вскоре, образно говоря, погибал, обремененный грузом проблем, навязанных унаследованным военным потенциалом. В результате об армии вспоминали лишь на военных парадах да после очередных ЧП, таких как взрывы на складах, гибель гражданских лиц во время воинских учений. В остальное время армейских проблем старались не касаться, чтобы не испытывать головную боль, вызванную отдаленностью сроков их возможного разрешения. Армия тихо и самостоятельно решала основную задачу сокращения средств на свое содержание, обзаводилась элементами гражданского контроля, переориентировалась на стандарты НАТО. Актуальными эти задачи остались до сих пор, поскольку наш оборонный потенциал действительно должен представлять собой инфраструктуру, соответствующую текущему уровню экономических возможностей государства, способную адаптироваться под складывающуюся международную ситуацию, самостоятельно производить современные образцы вооружений. Все в полном соответствии с оборонной доктриной. Но что делать, если доставшееся под практическое руководство наследство не соответствует указанным критериям?

Рассуждать о новых образцах вооружений и нашей потенциальной способности их производить сейчас модно. Но желательно, чтобы эти потенциальные возможности подкреплялись соответствующими экономическими расчетами. Пока же рассуждения о перспективности отечественного танкостроения наталкиваются на огромную массу танков, оставшихся на просторах отечества со времен СССР, и никакие новые технические решения не способны в ближайшей перспективе переломить наследие прошлых масштабных танковых заказов. К тому же рассуждать о более сложных образцах вооружений редко удается в одиночку. Европа в кооперации всех стран-членов НАТО создает единый для всех европейский истребитель, причем на данный момент проигрывает Америке в конкурентной борьбе. Совсем недавно в Одессе военные чиновники и контролирующие их работу штатские говорили о перспективе создания отечественного боевого самолета. И хотя мы по праву гордимся тем, что в нашей оборонной доктрине не значится потенциальный противник, из-за многовекторности отечественного политического мышления в ней не значится, впрочем, и долговременный политический союзник, которого можно было бы привлечь к столь длительному и плодотворному сотрудничеству. Пока же к модернизации нашей авиационной техники настойчивый интерес проявляют компании Израиля и Франции на фоне прохладного отношения к ней непосредственного производителя модернизируемой техники — России. Кого из них Украина вправе выбрать в долговременные политические союзники для создания боевого самолета с полным циклом разработки-эксплуатации в 30 лет? От такого вопроса министр обороны Анатолий Гриценко в своем ответе секретарю СНБО Петру Порошенко воздержался. Глава оборонного ведомства, как сообщает пресс-служба Минобороны, заявил: «В оборонной сфере должны разбираться эксперты. Порошенко среди них не значится».

Не менее остро отреагировала на критику секретаря СНБО и Служба безопасности. В заявлении пресс-службы СБУ, переданном «ФАКТАМ», говорится: «По нашему мнению, «создают угрозу национальной безопасности» не правоохранители, а именно подобные заявления из уст секретаря СНБО. Ведь они лишены конструктивизма, желания консолидироваться, вносят раскол во властные институты и могут повлечь за собой негативные последствия для имиджа Украины». Служба безопасности также направила в адрес Петра Порошенко запрос с требованием указать конкретные факты из деятельности «правоохранительных органов и спецслужб Украины», которые создают угрозу для нацбезопасности.

Генеральная прокуратура в отличие от всех откликнувшихся на заявление секретаря СНБО была немногословна. В распространенном пресс-службой этого ведомства сообщении говорится: «Вынуждены заявить, что категорически отвергаем обвинения в нежелании реформироваться». А МВД и вовсе промолчало. Видимо, на фоне происходящей в структуре этого ведомства перестройки милиционерам не пристало говорить на тему «отсутствия реформ в Министерстве внутренних дел».