Культура та мистецтво

Другая сторона вавилонской башни

0:00 — 1 квітня 2005 eye 311

Уже через неделю украинские почитатели творчества Пауло Коэльо смогут прочесть новый роман «Заир». Сегодня же мы продолжаем публиковать притчи великого Алхимика, который не только много путешествует по миру, но и не перестает удивлять нас неожиданностью восприятия окружающих и утонченными ассоциациями, возникающими у него при соприкосновении с явлениями, ставшими для нас если не обыденными, то уж точно незаметными. Размышления о разобщенности людей и о важности взаимопонимания напоминают каждому из нас, что есть ценности общие для всех людей на планете. И сам Коэльо, загадочно улыбаясь, продолжает выполнять свою миссию — пробуждает в людях потерянный вкус к тайнам и чудесам, спасает от тоски и бессилия.

Пауло Коэльо

ДРУГАЯ СТОРОНА ВАВИЛОНСКОЙ БАШНИ

Почти все утро я провел, пытаясь объяснить, что меня интересуют не так музеи и церкви, как обитатели страны, в которую я приехал, и поэтому было бы намного лучше отправиться на рынок. Но они настаивают: сегодня праздник, рынок закрыт.

- Куда же мы пойдем?

- В церковь.

Так я и знал!

- Сегодня день очень почитаемого нами святого, его наверняка чтите и вы. Мы пойдем туда, где хранятся его мощи. Не спрашивай, прими все, как есть — согласись, возможно, у нас есть приятные сюрпризы и для писателей.

- Сколько времени туда добираться?

- Двадцать минут.

Двадцать минут — это ответ, который я обычно слышу: конечно же, я знаю, что это будет длиться намного дольше. Но до сего момента они с уважением относились ко всем моим просьбам, и поэтому на этот раз лучше уступить.

В это воскресное утро я в Ереване, в Армении. Смиренно сажусь в машину, вдалеке вижу заснеженную гору Арарат, любуюсь открывающимся пейзажем.

Если бы я мог побродить там, вместо того чтобы быть заточенным в металлическую банку. Мои амфитрионы пытаются быть любезными, но я отключился, стойко принимая «особую туристическую программу». Неожиданно они замолчали, и мы продолжаем поездку в тишине.

Через пятьдесят минут (так я и знал!) мы приехали в маленький городок и пошли к переполненной церкви. Вижу, что все в костюмах и пиджаках, и от этой формальности чувствую себя неуютно, так как сам одет лишь в футболку и джинсы. Выхожу из машины, представители Союза писателей ждут меня, вручают цветок и ведут через толпу, слушающую службу. В глубине алтаря мы спустились по лестнице, и я вижу себя перед могилой. Как я понимаю, именно там похоронен святой, но перед тем, как возложить цветок, я хочу знать, перед кем должен преклониться.

- Святой Переводчик, — вот ответ.

Святой Переводчик! В тот же миг мои глаза наполняются слезами.

Сегодня 9 октября 2004 года, город называется Осхакан, и Армения, насколько я знаю, единственная в мире страна, на высоком уровне почитает день Святого Переводчика — святого Мезроба, провозгласив этот день национальным праздником. Он не только создал армянский алфавит (язык уже существовал, но не было письменности), а и посвятил жизнь переводам на родной язык самых важных текстов того времени, переводя их с греческого, персидского и кириллицы. Он и его ученики посвятили себя гигантскому труду — переводу Библии и основных классиков литературы того времени. С этого момента культура страны приобрела свой характерный облик, существующий до сегодняшнего дня.

Святой Переводчик. Я держу в руках цветок и думаю обо всех, кто держит в руках мои книги, о тех, с кем не был знаком и с кем, возможно, я никогда не повстречаюсь. Я пытаюсь отдавать лучшее, что во мне есть, чтобы быть верным тому, чем делюсь с читателями в своих книгах. Прежде всего, думаю о моем тесте, Кристиано Монтейро Ойтисике, который тоже был переводчиком. Сегодня в окружении ангелов и, в первую очередь, Святого Мезроба он смотрит на эту сцену. Я помню его, прикипевшего к старой печатной машинке, часто жалующегося на то, как плохо оплачивается его труд (что, к сожалению, правда и сегодня). Он говорил мне, что единственным оправданием того, что он продолжает заниматься этим делом, служит желание поделиться знаниями, которые никогда бы не дошли до его народа, если бы не переводчики.

Я молчаливо молюсь о нем, о тех, кто помогал мне с моими книгами. О тех, кто позволил мне прочесть произведения, которые могли так и остаться недоступными и поэтому они по-настоящему стали участниками построения моей жизни и формирования моего характера. Выходя из церкви, я вижу детей, рисующих алфавит, сласти в форме букв и — цветы, много цветов.

Когда человек проявил дерзость, Бог разрушил Вавилонскую башню, и все заговорили на разных языках. Но в своей бесконечной Милости он также создал людей, которые восстановили мосты и сделали возможным диалог и распространение человеческой мысли. Тот мужчина или женщина, чьим именем мы редко интересуемся, открывая книгу иностранного автора, — Переводчик.