Події

Когда два вора хотели похитить драгоценности из раки святой варвары, оттуда посыпались искры и ударил гром. Один грабитель оглох, а другой сошел с ума

0:00 — 17 грудня 2005 eye 472

17 декабря — День памяти великомученицы, мощи которой были привезены в Киев в 1108 году

В старину люди верили, что путь к духовному просветлению лежит через Киев. Сюда, как писала украинская просветительница София Русова, сходилось множество богомольцев, чтобы «поклониться мощам тех людей, которые в своей жизни умели быть истинными христианами». В Петербург и Москву, отмечала она, едут по делам. «Ездят, конечно, и в Киев за тем же, но еще больше идут пешком, часто босыми ногами за тысячи верст все, кто верит, что христианская жизнь и христианская нравственность в жизни выше и важнее всех других дел». Среди самых почитаемых городских святынь были мощи святой Варвары. День памяти великомученицы отмечается 17 декабря.

Холера не коснулась только Михайловского Златоверхого монастыря

Существовал традиционный маршрут богомольцев. Впервые его описал Лесков. По словам его персонажа, «богомол» идет по Киеву определенным путем, как сельдь у берегов Шотландии. Прежде «наклоняхться усчм святим печерським, потчм до Варвари, а потчм Макарчю софчйському, а потчм уже ген просто до Андрчя ч Десятинного ч на Подчл».

Хранившиеся в Михайловском монастыре мощи святой Варвары были у нас единственной реликвией с древнего христианского Востока и почитались особо. Они покоились в обители с 1108 года. Их привезла в Киев греческая царевна Варвара, ставшая женой князя Святополка-Михаила.

… Будущая великомученица Варвара родилась в знатной семье. Воспитывалась в языческом духе, но подвергла сомнению истинность эллинских богов и сблизилась с христианами. Отец не простил дочери измену и отдал ее на суд правителя Мартиана. Обреченная на пытки праведница молилась не за себя, а за ближних и просила Бога одарить ее способностью унимать чужую боль и исцелять всех, кто уверует в нее… Киевское предание гласит, что мощи святой Варвары спасают от прилипчивых болезней и напастей. Всякое предание заслуживает внимания. Историк Сементовский писал, что в 1710 году «одной только Михайловской Златоверхой обители, где почивают чудотворные мощи святой великомученицы Варвары, не коснулась губительная язва, и ни один из живущих в ней братьев (монахов.  — Авт. ) не умер, невзирая на то, что святая обитель была отверста для всех, притекавших на поклонение святым мощам великомученицы. То же самое повторялось в 1770, 1830, 1848, 1853 и 1855 годах, когда свирепствовала губительная холера». Как уверяет историк, целительная сила мощей святой Варвары простиралась далеко за пределы монастырских стен. Достаточно было во время эпидемии вынести нетленные останки святой за ворота и обнести вокруг обители, как «язва каждый раз по обнесении умалялась во всем городе».

Мистическое присутствие святой Варвары в Киеве ощущалось постоянно. Считалось, что от прикосновения к ее мощам предметы приобретают чудотворные свойства, а потому в раке святой можно было увидеть множество колец, иконок, крестиков.

Мощи Варвары были привезены в Киев без левой руки, которая долгое время оставалась в Греции. В XVII веке руку великомученицы доставили в тогдашнюю Польшу и положили в братской Воздвиженской церкви Луцка. Эта рука также обладала огромной целительной силой. В одной из своих проповедей знаменитый украинский архиепископ Лазарь Баранович рассказывал киевлянам: «И я, одержимый тяжкою болезнью, не искал иного врача, кроме помощи от святых мощей великомученицы Варвары, и когда с верою испил воды, коею омочена была рука великомученицы, чаша сей воды была мне во спасение».

Волею случая рука святой Варвары оказалась в Киеве, но в раку она не попала, так как торговцы реликвиями, выкрав святыню из луцкой церкви, успели раздробить ее на мелкие кусочки. Она хранилась в отдельном ковчежце в реликварии Софийского собора…

У раки великомученицы происходила «подзарядка» разных вещей для врачевания и оберегов от недугов и внезапной смерти. Известный киевский мемуарист Богатинов упоминает, например, о пахучих кипарисовых стружках, которыми лечили больных детей: «В поре моего недуга матушка ездила со мной к святой Варваре, брала от раки святых мощей кипарисовых стружек и подкуривала меня ими, накрывая с головой простыней». Традиция это врачевание допускала. Но тогдашние борцы с предрассудками негодовали: «У гроба святой Варвары то же происходит, что и прежде: пропасть образцов, колец, крестов и всего накладено в раку, и торг идет своим порядком. Кто берет оттуда хлопчатой бумаги для ушей от простуды, кто в пузырек цедит масло для смазывания ресниц от офталмии, иные заимствуют ладан для окуривания себя во время грома. Замолчим из почтения к святыне!» Так писал язвительный князь Долгорукий. И в чем-то он прав.

Даже царицы обменивали свои перстни на простенькие колечки от святой Варвары

О святой Варваре в Киеве ходило много легенд. В популярности она могла соперничать со святым Николаем Угодником. Посвященные ему сборники назывались николайниками, а те, что повествовали о необыкновенной жизни великомученицы, — варварниками. Легенды о святой отличались редкостным сочетанием фантастической условности и реалистических деталей. Одну из них записал известный киевский писатель и историк, игумен Михайловского монастыря Феодосий Софонович. Вот что рассказывает он о приключениях двух стрельцов русского гарнизона Старокиевской крепости, ссылаясь на слова очевидца — иеромонаха Михайловской обители Симеона:

«… В пост, бывающий перед праздником Рождества Христова, в который проповедуется и память святой великомученицы Варвары, два человека, Андрей и Федор (воины), увидя на честных ее мощах драгоценное украшение, сговорились оное похитить. Для этого пришли они ночью, отперли при помощи принесенных ими орудий южные двери Михайловской церкви и, войдя внутрь, устремились к мощам. Но лишь только приблизились они к раке, внезапно ударил страшный гром и посыпались от святой раки искры на их лица. От страха упали они на землю, как мертвые, и один из них сделался глух, а другой сошел с ума. Потом оглохший, придя немного в себя, вывел обезумевшего товарища своего из церкви, запер ее и, ничего не взявши, возвратился с ним домой. Спустя неделю оглохший, пришедший с сокрушенным сердцем в Михайловскую церковь и приведя своего обезумевшего товарища, сознался перед духовным отцом своим иеромонахом Симеоном во всем произошедшем. Симеон, дав наставление, чтобы они истинно покаялись с надеждою на исцеление от святой великомученицы Варвары, отпустил их».

Высоко чтила святую Варвару и нищенская муза Киева. Для юной великомученицы лирники, певшие на киевских улицах, находили самые яркие слова, украшали ее жизнь фантастическими деталями, а саму Варвару называли звездой среди моря — моря страстей человеческой жизни.

Однако богатые люди также считали святую Варвару своею. И имели на это все основания, поскольку она была патрицианкой и никогда не отрекалась от своего происхождения. Украинские иконописцы и граверы чаще всего изображали ее светской дамой. В парче и шелках. На волосах — сетка из жемчужин. Иногда ее плечи украшала горностаевая мантия, а голову — корона. Художники густо пудрили лицо Варвары, а на ланиты накладывали яркие румяна.

Жить в Киеве и не попасть под чары великой подвижницы было невозможно. Кольца с ее руки (или просто из раки) становились настоящими талисманами.

Паломники закупали эти колечки дюжинами и развозили по всем городам империи. Для богатых богомольцев и путешественников делали массивные золотые кольца, для бедных — синенькие финифтяные. О заветных киевских колечках мечтали даже венценосные особы. Царицы Анна Иоановна и Елизавета обменяли свои драгоценные перстни на простенькие серебряные кольца от святой Варвары. Эти колечки покупали и молодожены, считая, что они скрепляют союз любящих сердец. С этой целью приобрели дешевенькие финифтяные кольца поэт Осип Мандельштам и его невеста Надежда. Их брак в самом деле выдержал все испытания судьбы. В другое время и с другим смыслом преподнесла колечко святой Варвары Павлу Скоропадскому Елена Безак, хозяйка его конспиративной квартиры на Печерске. Сделано это было для защиты от «внезапной напасти» в день провозглашения Скоропадского гетманом. Но, увы, власть он не уберег и Киев оставил навсегда. Впрочем, лично для него бурные события декабря 1918 года закончились вполне счастливо.

Очевидно, заветное колечко от Варвары было и у гетмана Ивана Мазепы. Он глубоко чтил великомученицу и даже построил для ее мощей великолепную серебряную раку и помост, обложенный позолоченными серебряными «досками». А известная графиня-схимница Анна Орлова-Чесменская воздвигла новую гробницу с рельефными изображениями (на это пошло девять пудов серебра) и серебряным балдахином весом в 14 пудов. Гробницу окружали 48 литых позолоченных ангелов работы петербургского мастера Андреева.

После «изъятия ценностей» из киевских церквей в 20-х годах прошлого века от былого великолепия Михайловского собора не осталось и следа. А в годы «социалистической реконструкции» (полнейшего разорения киевской старины) пришел конец и самой обители. Ее уничтожили сноровистые подрывники НКВД. Они умели превращать огромные соборы в кучу мусора как бы между прочим, без эвакуации окрестных жителей и без какого бы то ни было вреда для соседних зданий. Но с Михайловской обителью им пришлось изрядно повозиться. От первого взрыва монолитная махина собора, сооруженного руками великокняжеских мастеров, лишь вздрогнула. После этой неудачи подрывники по наводке кого-то из городских архитекторов выбили замковые каменья в сводах нефов. От второго взрыва собор тоже не рухнул, только расселся на несколько частей. И лишь третий взрыв уничтожил обитель.

Но мощи великомученицы удалось спасти. Теперь они покоятся во Владимирском соборе. Можно надеяться, что скоро их вернут на прежнее, освященное многовековой традицией, место в возобновленной Михайловской обители.