Житейские истории

«Это афера, и мошенники будут наказаны», — заверили нас в милиции и… отказали в возбуждении уголовного дела»

17:27 — 20 июня 2011 eye 1872

Герои «ФАКТОВ» — многодетная семья Бондаренко из Херсона, ставшая жертвой квартирных аферистов, — так и не добились помощи от правоохранителей. На днях семью выселили из купленного ими жилья

Впервые о семье Бондаренко «ФАКТЫ» рассказали 21 января нынешнего года. Разве могли представить, что через месяц после долгожданной покупки лишимся жилья и всех своих сбережений?!» Елена и Александр остались без приобретенного ими жилья по вине… риелторов. Вернее, не только риелторов, а целой банды квартирных аферистов, по всей видимости, не первый год действующей в Херсоне.

«За день до смерти хозяин вдруг захотел продать свое жилье»

Двухкомнатную квартиру в старом доме в центре Херсона супруги нашли по объявлению в газете. Цена была приемлемой — 13 тысяч евро. В агентстве недвижимости, с которым связались супруги, позвонив по указанному в объявлении номеру, их заверили, что возьмут на себя все организационные моменты.

 — Риелторы настояли, чтобы мы поехали к их нотариусу, — вспоминает Елена Бондаренко. — Дескать, в любой другой конторе скажут прийти в конце недели, а так управимся за час. В кабинете у нотариуса мы впервые встретились с хозяином — им оказался угрюмый мужчина средних лет, Иван Бубин (имена и фамилии всех участников этой истории, кроме семьи Бондаренко, изменены. — Авт.). Вместе с ним приехала какая-то женщина. Бубин все время молчал, в основном за него говорили риелторы. Как только мы подписали договор и заплатили деньги, риелторы с Бубиным и женщиной быстро ушли. Стоя у окна, я увидела, что, как только Бубин с деньгами вышел на улицу, к крыльцу подъехала иномарка и сидящие в ней мужчины буквально затащили его в салон. Не прошло и трех минут, как его вышвырнули обратно.

Супруги начали делать в квартире ремонт. Жилье было в убитом состоянии. Только на то, чтобы оштукатурить стены, ушло тринадцать тысяч гривен. Прописаться в квартире Бондаренко смогли, лишь погасив все задолженности перед жэком — риелторы обманули, сказав, что долги за коммунальные услуги заплачены. И тут новым хозяевам пришла повестка из Комсомольского райсуда Херсона. В суде Александру Бондаренко вручили иск от некой Зинаиды Бойко, которая несколько месяцев назад… получила купленную ими квартиру в наследство от умершего брата.

Вернее, хотела получить. Когда через положенные по закону полгода она решила вступить в право на наследство, обнаружила, что квартира принадлежит другому человеку. Им оказался тот самый Иван Бубин, с помощью риелторов продавший квартиру семье Бондаренко. Как выяснилось, сразу после смерти брата Зинаиды его квартирой завладела некая Алена Билая, которая впоследствии продала ее жительнице Херсона Яне Кулебской, а та перепродала жилье Ивану Бубину. Но как Алена Билая смогла завладеть квартирой умершего брата Зинаиды, если у него были наследники?

 — А вот здесь начинается самое интересное, — говорит Елена Бондаренко. — Оказывается, за день до своей смерти хозяин квартиры вдруг захотел ее продать Алене Билой. Причем сделать это решил с помощью риелторов из той самой конторы, которая потом обслуживала нас. Они с Билой заключили договор о намерениях (его, кстати, заверяла та самая нотариус, у которой мы заключали свою сделку), а в день, когда должна была состояться сделка купли-продажи, хозяин умер. Несмотря на это, Комсомольский райсуд… признал их сделку состоявшейся, и Билая получила квартиру. В решении Комсомольского суда ни слова не сказано о том, что хозяин квартиры умер, а его отсутствие судья трактовала как «неявку в суд по неизвестным причинам». И это при том, что его уже месяц не было в живых! Лишь когда Зинаида Бойко принесла справку о том, что ее брат не просто проигнорировал судебное заседание, а не явился в суд, потому что был мертв, сделку между Билой и хозяином квартиры признали недействительной.

26 февраля 2010 года Зинаида Бойко стала законной наследницей жилья. Вот только за время, пока шли суды и на квартиру был наложен арест, ее успели… продать семье Бондаренко.

 — Это однозначно афера риелторов, — говорит Елена. — Они ведь принесли нам выписку из БТИ о том, что квартира не находится под арестом. Выходит, эта выписка, как и справки о том, что по квартире нет никаких задолженностей, была липовой. Нотариус должна была проверить, находится ли квартира под арестом, но почему-то этого не сделала. Заодно с риелторами, видимо, была Билая и двое последующих покупателей. Как потом выяснилось, женщина, приходившая с Иваном Бубиным в нотариальную контору, была… Яной Кулебской, которая купила квартиру у Билой и продала ее Бубину. Судя по документам, Кулебская и Бубин живут вместе. Причем все операции купли- продажи они осуществили за неделю. Так, через два дня после того, как Комсомольский суд признал Билую собственницей квартиры, она тут же продала ее Кулебской, а та за пару дней «сплавила» ее Бубину. Разумеется, не обошлось и без судьи Комсомольского суда, ведь все началось с ее абсурдного решения, с помощью которого мошенники получили квартиру. А когда вдруг объявилась наследница, они решили быстренько найти доверчивых покупателей. Этими покупателями оказались мы.

«Оказывается, предыдущие покупатели нашей квартиры уже находятся под следствием»

С тех пор риелторы как в воду канули. Вскоре Комсомольский суд признал наследницу Зинаиду Бойко законной хозяйкой квартиры. Александр, Елена и их пятеро детей — 16-летний Слава, 13-летняя Юля, 11-летний Женя, трехлетняя Саша и годовалая Маринка — остались ни с чем. Апелляционный суд оставил решение без изменений. Супруги подали заявление в Комсомольский райотдел милиции, но, несмотря на явные признаки аферы, им отказали в возбуждении уголовного дела. Корреспондента «ФАКТОВ» тогда заверили, что решение об отказе не окончательное. Согласившись, что это явно работа мошенников, начальник сектора уголовного розыска Комсомольского райотдела милиции в Херсонской области Максим Стефанюк сказал: «Есть вопросы и к нотариусу, которая заверяла сделку. В любом случае, я буду пересматривать этот вопрос. Уверяю вас, точка в этом деле еще не поставлена».

Сейчас многодетная семья вынуждена снимать однокомнатную квартиру на окраине города. Лена с детьми ютится в тесной комнатушке, глава семьи спит на кухне. Сидеть с детьми приходится Елене, а денег, которые зарабатывает Александр, часто не хватает даже на еду. После выхода публикации «ФАКТЫ» отправили письма Генеральному прокурору Виктору Пшонке и министру внутренних дел Анатолию Могилеву с просьбой вмешаться в ситуацию. Вскоре на каждое из писем пришел ответ о том, что вопрос взят на контроль и в нем уже разбираются соответствующие инстанции. С тех пор прошло полгода. За это время Елена и Александр регулярно звонили и сообщали, как у них идут дела. Чуть ли не каждую неделю их вызывали на допросы. Казалось, в деле действительно наметился сдвиг — судьбой многодетной семьи заинтересовались как в районных, так и в областных правоохранительных органах. Подключились и всеукраинские СМИ — об истории Александра и Елены рассказали многие телеканалы.

 — За это время нам удалось выяснить еще один любопытный факт. Оказывается, в отношении предыдущих покупателей нашей квартиры — Билой и Кулебской — уже возбуждено уголовное дело! — говорит Елена Бондаренко. -  Если раньше это были только слухи, то на этот раз нам даже удалось выяснить номер дела. Оно находится в Комсомольском райотделе милиции. Вот только было возбуждено задолго до того, как мы купили квартиру, и там фигурируют совершенно другие пострадавшие. Они тоже потеряли квартиру. Сейчас пытаемся их найти. Мы были уверены, что нас просто «пристегнут» к этому делу как еще одних пострадавших — район ведь тот же самый, да и мошенники одни и те же. Но вместо этого наше дело зачем-то передали в Днепровский райотдел милиции. При этом нас регулярно вызывали к себе различные милицейские чины и в подробностях расспрашивали о нашей истории. А выслушав, возмущались: «Это же стопроцентная афера! Обещаем вам, мошенники будут наказаны!» Такие же обещания мы слышали даже от начальника Херсонской областной милиции, который после публикации в «ФАКТАХ» вызвал нас на прием.

«Не знаю, какие еще доказательства нужны милиции, чтобы они поняли, что это афера»

На днях семье Бондаренко наконец пришел ответ из милиции. В коротком письме за подписью начальника Днепровского райотдела милиции Херсона сообщалось, что им… отказано в возбуждении уголовного дела. Как таковых причин не назвали — посоветовали обращаться в суд.

 — Но мы уже проиграли все суды! — огорченно восклицает Елена. — И в этом нет ничего удивительного — Зинаида Бойко имеет полное право на квартиру, которую она получила в наследство. Только мы тоже заплатили за нее деньги. Эти 13 тысяч евро мы, отказывая себе во всем, собирали больше пятнадцати лет. И потеряли их по вине аферистов. Для нас единственный выход — возбуждение уголовного дела. Тогда, пускай нескоро, у нас появится шанс вернуть деньги. Не знаю, какие еще доказательства нужны милиции, чтобы они поняли, что это афера.

В Херсонской областной милиции «ФАКТАМ» прокомментировали ситуацию неохотно.

 — Здесь сложились гражданско-правовые отношения, и милиция не имеет к ним никакого отношения, — сказала начальник Центра по связям с общественностью Херсонской областной милиции Елена Ренкас. — Пускай семья Бондаренко подает в суд. Там выяснится, законный их договор купли-продажи или нет.

 — Риелторы принесли Елене липовые справки о том, что на квартиру не наложен арест. Нотариус должна была их проверить, но почему-то не проверила, и людям продали квартиру, за которую шли суды… Да это же самая настоящая афера!

 — Вопрос должен решать суд. Еще раз повторяю: такие дела не в нашей компетенции.

Ситуацию с уголовным делом в отношении Билой и Кулебской, возбужденным Комсомольским райотделом милиции, в областном управлении не прокомментировали. Тем временем семью Бондаренко уже успели выписать из квартиры. Ведь, несмотря на то, что их кассационную жалобу Высший специализированный суд еще не рассмотрел, решение Херсонского апелляционного суда подлежит исполнению. Зинаида Бойко стала полноправной владелицей жилья. Елена и Александр вынуждены были подчиниться судебным исполнителям.