Украина

Вдова Геннадия Коноплева вспоминает, что отговаривала мужа ехать в Донецк, но он сказал: «Надо…»

9:15 — 7 декабря 2011 eye 688

Прошло 9 дней с тех пор, как в Донецке во время демонтажа эмчеэсовцами палатки с голодающими чернобыльцами погиб 70-летний Геннадий Коноплев. Как сообщили эксперты после вскрытия, он умер от ишемической болезни сердца, которой страдал не первый год. Однако участники протестной голодовки, жившие с Геннадием Коноплевым в одной палатке, обвинили в его смерти милицию и МЧС. Одни, по словам товарищей погибшего, допустили, а вторые своими грубыми действиями спровоцировали приступ болезни, от которой умер пенсионер.

Президент Виктор Янукович дал Генпрокуратуре поручение в 10-дневный срок расследовать инцидент, приведший к гибели Коноплева. Сегодня этот срок истекает.

А накануне в редакцию «ФАКТОВ» позвонила исполняющая обязанности городского головы Красноармейска Донецкой области Галина Гаврильченко. Родинское, где жил и был похоронен Геннадий Коноплев, подчинено Красноармейскому горсовету. Галина Гаврильченко тоже родом из Родинского, шахтерского городка с населением в 11 тысяч человек, и хорошо знает семью погибшего.

— В последнее время Геннадий Иванович и его жена, Алла Георгиевна, жили в трехкомнатной хрущевке, — рассказала «ФАКТАМ» Галина Гаврильченко. — Его пенсия составляла две с половиной тысячи гривен, а Алла Георгиевна, бывший сотрудник детсада, получала около 800 гривен.

— На их семью, как писали СМИ, обрушилось сразу много несчастий. Несколько лет назад сгорела в машине внучка, а в начале 2011-го невестку насмерть сбил гаишник. Теперь сын Коноплевых сам воспитывает двоих детей. Наверное, бабушка с дедушкой не оставили их в беде?

— Конечно, Геннадий Иванович помогал им, но Саша с детьми живет в другом городе, Белецком. Работает водителем в частном предприятии, получает пенсию на детей после гибели жены. И он, и Алла Георгиевна сейчас просят об одном — чтобы их оставили в покое. Отца и мужа ведь не вернешь… Вдова Коноплева вспоминает, что отговаривала Геннадия Ивановича ехать в Донецк, но он сказал, что надо, дескать, товарищам обещал. По словам Аллы Георгиевны, он всю жизнь был беспокойным. Наверное, искал для себя такой смерти, считает она.

— Геннадий Иванович ведь не был чернобыльцем…

— До выхода на пенсию он работал на шахте. В Чернобыле никогда не был, но всегда активно отстаивал справедливость: принимал участие в шахтерских акциях протеста, в 90-х стучал каской под Кабмином. Люди хорошо отзываются о нем. Но в активной оппозиции Геннадий Иванович никогда не был.

— Почему так поспешили с похоронами?

— Что значит, поспешили? Геннадий Иванович умер в воскресенье, часов в пять-шесть вечера, точно не знаю. В понедельник Саша с кумом съездили в Донецк и «газелью» привезли его в Родинское, домой. Сын Коноплева просил меня согласовывать с ним организацию похорон, сказал: «Завтра хороним, и я вас очень прошу, давайте обойдемся без шоу». Хоронили Геннадия Ивановича на третий день, как принято. А сколько же тело может пролежать в тесной квартирке? Похороны организовали мы вместе с Родинским горсоветом и исполкомом.

— Политики присутствовали на погребении?

— Было много народу — человек 150. Шахтеры, представители совета ветеранов, чернобыльцы из Белозерского. Приехали три человека из первичной организации БЮТ. Молча положили гвоздики, речей не говорили. Только мне сказали: «Вы нас опередили». Как будто мы с кем-то соревновались… Просто выполнили свой человеческий долг.

— Семья Геннадия Ивановича получит какую-то помощь?

— Пособие из Пенсионного фонда уже получили — обычные похоронные. Кроме того, Красноармейский горсовет выделит Алле Георгиевне 5 тысяч гривен, а еще мы поможем ей перейти на пенсию мужа. Больше, к сожалению, ничем помочь не можем.

— Трудно жить в ваших городках?

— У нас как раз не трудно. Все-таки два крупных угольных предприятия в районе, люди получают вполне приличную зарплату — от пяти до 20 тысяч гривен. Это самая высокая заработная плата по региону.