Происшествия

«открываю дверь и вдруг — удар по лицу! И глазом моргнуть не успела, как оказалась на полу. Даже кричать не могла. Готова была отдать бандитам все, лишь бы только остаться живой… »

0:00 — 16 мая 2009 eye 467

Каменец-Подольский городской суд признал напавшего на девочку разбойника, оказавшегося сыном милиционера, ограниченно судимым, следовательно… не обязанным отвечать за свои преступные действия

Собираясь на занятия в налоговый колледж, 16-летняя Настя Синько оделась, сложила тетради и учебники в сумку и позвонила подружке, жившей неподалеку. Сообщив, что готова выходить, она открыла входную дверь и в следующую секунду… получила сильный удар кулаком по лицу. Отлетев на несколько метров, девочка подняла голову, приоткрыла глаза и увидела два мужских силуэта в масках. Один из мужчин достал пистолет. «Показывай, где деньги лежат! — зажав ей рот, приказал второй преступник.  — Быстро давай, шевелись!» Испуганная Настя не поверила своим глазам: под маской она разглядела… приятеля своего бывшего друга, с которым недавно рассталась.

«Когда один из бандитов направил на меня пистолет, поняла: шутить со мной никто не намерен»

- Все произошло так внезапно, — признается потерпевшая Настя Синько.  — Открываю входную дверь и вдруг — удар по лицу! Я и глазом моргнуть не успела, как оказалась в прихожей на полу. Когда бандиты ворвались в квартиру, даже кричать не могла — от испуга отняло речь. Я была готова отдать им все, лишь бы остаться живой…

С Настей и ее мамой Анжеликой мы встретились в квартире у пострадавшей. Рассказывая о произошедшем, обе мои собеседницы волновались — было видно, что вспоминать подробности случившегося им обеим нелегко.

- Ты сразу узнала преступников?

- Одного из них, — утвердительно кивает головой Настя.  — Это был Сережа (имена преступников изменены.  — Авт. ) — друг моего бывшего парня Димы. Он часто подвозил нас с Димой на своей машине, иногда мы даже в кафе встречались. Хотя сам Дима еще учится в школе, дружит он в основном со старшими ребятами, поэтому и мне приходилось с ними общаться. Сережа относился ко мне, как к маленькой, я бы даже сказала, с пренебрежением. Но подумать, что он способен на преступление, я не могла…

- С Димой мы встречались три месяца, — через несколько минут продолжила Настя.  — Он даже к нам домой приходил. Иногда, правда, донимал меня своей ревностью. Я несколько раз порывалась с ним расстаться, но в результате мы сходились снова. А когда в очередной раз пыталась его бросить, он требовал объяснить причину разрыва, кричал. Как-то пригласил пойти на день рождения жены его друга Игоря. Я отказалась. Вечером он позвонил опять — уже из квартиры Игоря. Пьяный «в стельку», начал кричать, мол, я не знаю, с кем связалась, и если не буду с ним, не буду ни с кем… Потом, как бы между прочим, Дима поинтересовался: «Где деньги?» Я говорю: «Зачем тебе деньги?» А он пьяный, два слова не может связать. Пролепетал что-то невразумительное, я положила трубку. О каких деньгах шла речь, я так и не поняла.

Настя тяжело вздохнула.

- В тот день я собиралась в колледж. Мама, как всегда, вышла из дома первой, а я договорилась встретиться с подружкой Настей — она живет в соседнем доме, и в колледж мы ходим вместе. Собрала сумку, надела куртку, открыла дверь. И вдруг на меня кто-то налетел и ударил по лицу, — Настя непроизвольно прикасается к левой щеке и начинает нервно теребить футболку.  — Удар был такой силы, что меня отбросило к шкафу. На какое-то мгновение все поплыло перед глазами. Увидела, как ко мне приближается высокий мужчина в маске. За ним в квартиру вбежал еще один, тоже в маске и с пистолетом в руках. Он переступил через меня и прошел в комнату — проверить, нет ли кого дома, а другой поднял меня с пола, затащил в комнату и кинул в кресло. Я пригляделась и узнала в нем Сергея. Его двухметровый рост, его голос. Он зажал мне рот рукой, назвал по имени и сказал, что ему нужна не я, а деньги. «Какие деньги?» — спрашиваю. «Дима говорил, что тут есть деньги!» — рявкнул Сергей. Он открыл тот шкафчик, в котором мы хранили сбережения, перерыл все ящики, но денег не нашел. «Где деньги?!» — кричал, теряя самообладание. Мне все еще казалось, что это какой-то нелепый розыгрыш. Но когда его сообщник направил на меня пистолет, поняла: шутить со мной никто не будет. На ватных ногах подошла к шкафчику и достала оттуда две тысячи гривен — все, что было у нас в квартире.

«Деньги давай!» — опять крикнул Сергей и начал связывать мне руки. И вдруг раздался звонок в дверь»

Однако преступникам этого показалось недостаточно. Настя поняла, что уходить с добытой суммой грабители не собираются.

- Мне пришлось отдать им все хранившиеся в доме золотые украшения, — продолжает девушка.  — «Деньги давай!» — опять крикнул Сергей и начал связывать мне руки. Но вдруг раздался звонок в дверь. Я пролепетала, что это подружка. Сергей приказал сидеть тихо, для подстраховки зажав мне рот рукой, а когда звонки в дверь прекратились, начал снова требовать деньги. Потом ни с того ни с сего говорит: «Звони подружке! Немедленно!» Я отказалась. Тогда подошел парень с пистолетом и сунул мне в руки телефон. Я набрала Настин номер…

- Я к тому времени уже к автобусной остановке подошла, — вспоминает подруга Настя Позенюк.  — Мне показалось странным, почему Настя не открыла дверь — мы ведь договаривались идти вместе в колледж. А тут звонит и говорит: «Зайди ко мне». Я не могла понять, что случилось, и вернулась в квартиру к подруге.

- Ни телефон, ни ноутбук бандиты почему-то не взяли, — рассказывает Настя Синько.  — Они все больше выходили из себя. Сережа держал мне руки, а второй преступник достал шприц с какой-то жидкостью. Я зажмурилась, в голову лезли мысли, что это мои последние минуты. Ко мне поднесли шприц, он уже почти касался моей руки, как вдруг в дверь снова позвонила подружка.

- Мне никто не открыл, — продолжает Настя Позенюк.  — Нажала на звонок еще раз — дверь отворилась, и я получила сильнейший удар по лицу. Упала на бетонный пол лестничной площадки, голова закружилась. Из носа хлынула кровь. Один из злодеев схватил меня за капюшон куртки, пытаясь затащить в квартиру, второй начал бить по лицу… Я что есть силы закричала. На мой крик открылась соседняя дверь, и выглянула соседка Валентина Ивановна…

- Было около половины восьмого утра, когда я услышала чей-то истерический крик, — рассказывает соседка Насти Синько Валентина Фешинова.  — Кричала девушка. Я кинулась к двери, посмотрела в глазок, но на лестничной площадке никого не было. А без пяти минут восемь раздался еще один душераздирающий вопль. Распахнув двери, увидела, как на полу лежала девочка в ярко-розовом плаще, а двое мужчин в черных масках ее избивали. Я закричала: «Настя! Что происходит?» — и получила удар по лицу. Голову пронзила острая боль. Как выяснилось позднее, я ударилась головой о дверной косяк. В следующую минуту преступники, переступив через меня, убежали. Девочка забежала ко мне в квартиру.

- Все это время я боялась назвать Сергея по имени, — дополняет ее рассказ Настя Синько.  — Знаете, как в фильмах показывают: если жертва узнала преступника, в живых он ее не оставит. Меня спасло то, что Настя вернулась и во второй раз позвонила в дверь. Еще пару секунд — и они бы укололи меня. Когда преступники убежали, я позвонила в милицию. Потом слышу — стук в дверь. Это была Валентина Ивановна.

«Я была шокирована, узнав, что Сергей… ограниченно судимый. Как мне объяснили, совершая преступление, он не контролировал свои действия, соответственно, и не будет в полной мере за них отвечать»

В тот же день Сергея задержали, и девочки его опознали. На первом же допросе он признал свою вину и сказал, что информацию о больших деньгах, якобы хранившихся в квартире у Насти Синько, получил от Димы.

- По словам Сергея, Настя сказала Диме, что мы продали квартиру в Житомире и у нас есть сорок тысяч долларов, — говорит мать Насти Анжелика Синько.  — Хотя… никакой квартиры мы не продавали.

- Дима действительно играл в этом разбойном нападении не последнюю роль, — дополняет Настя.  — Преступники ведь начали рыться именно в тех шкафчиках, где обычно лежали деньги. А об этом мог знать только Дима. У него милиционеры тоже брали показания. Сначала он сообщил, что знал о сорока тысячах. Потом сказал, что это было лишь предположение. В итоге получилось, что он вообще ничего о деньгах не знал и никакого отношения к нападению не имеет.

- Ты никогда не замечала повышенного интереса Димы к чужому имуществу?

- Был один случай, — задумалась девушка.  — Его якобы собирались привлечь к ответственности за кражу телефонов. Тогда он сказал, что ни в чем не виновен, что его подставили. Как выяснилось, в деле фигурирует троюродный брат Сергея Игорь. На первом допросе Дима признался, что якобы Игорь и предложил ему встречаться со мной, чтобы потом ограбить. Правда, сам Игорь все отрицал.

Второго преступника задержали через несколько недель после нападения на нас с Настей. О нем я никогда не слышала, знаю только, что ранее он был судим за кражи.

- На протяжении трех месяцев после ограбления нас ни разу не вызывал следователь, — говорит Анжелика.  — А когда я спрашивала, как продвигается дело, не хочет ли он услышать подробности, следователь говорил, что от нас больше ничего не требуется. Наконец он позвонил и сказал прийти ознакомиться с делом. Это было в половине восьмого вечера. Дал мне огромную стопку неподшитых бумаг, сказал, чтобы я подписала, что с делом ознакомлена. Я говорю: «Вы посмотрите, который час — я не успею!» В результате ничего не подписала.

Однако, просматривая бумаги, Анжелика Синько узнала, что Сергей признан «ограниченно судимым». Как выяснилось, из вышеуказанного заключения следовало, что Сергей не мог руководить своими действиями, так как пребывает в «тревожно-депрессивном состоянии». Но, несмотря на это, принудительному медицинскому лечению он… не подлежит!

- Сейчас утверждают, что Сережа нездоров, — говорит Настя.  — Но я его знаю как вполне адекватного человека. Он заочно учится в налоговом колледже, водит машину, работал юристом в коммунальном предприятии. Разве это возможно, если человек так болен?

- Единственное, чего мы хотим, чтобы виновные были наказаны, — признается Анжелика.  — Но с каждым днем надежды на справедливость все меньше. Знакомые нас давно предупреждали, что ничего не выйдет, потому что отец Сергея — один из сотрудников местного УБОПа. И вот откуда ни возьмись появилась медицинская справка. Узнав об этом, я обратилась к адвокату. Но и ему следователь не дал ознакомиться с делом — сказал, что оно уже передано в прокуратуру. А там заявили, что дело передали в суд.

«Увидев на экране телевизора человека в маске, дочь тут же переключает канал»

- Как выяснилось позднее, уголовное дело, возбужденное против Сергея, было закрыто на основании его «ограниченной судимости», — рассказал «ФАКТАМ» адвокат потерпевших Андрей Мельник.  — То есть отвечать за свои поступки должен был только второй преступник. Лишь после того, как я подал в Каменец-Подольскую горпрокуратуру ходатайство о направлении дела в суд повторно для решения вопроса о применении к Сергею принудительных мер медицинского характера, суд принял постановление об отказе в закрытии уголовного дела. Я буду настаивать на проведении повторной медицинской экспертизы.

Матери потерпевших девушек со слезами на глазах вспоминают подробности предварительного слушания в суде — после заседания надежды на то, что виновные будут наказаны, практически не осталось.

- Перед заседанием и сам преступник, и его мать, и жена вели себя спокойно, — вспоминает Анжелика.  — Но как только судья назвала фамилию Сергея, тот начал вопить и плакать. Чуть ли не головой об стол бился… Кричал: «Не могу все это слышать! Заберите меня отсюда!» Его мама тут же начала причитать, мол, посмотрите, до чего моего ребенка довели. Заседание закрыли, Сергею вызвали «скорую». Но как только мы вышли из зала заседания, он… затих. Лишь когда приехала «скорая», снова начал кричать. К нам подошла мать Сергея. «Вы злые люди, — говорит.  — Зачем все это устраиваете? Как вы можете в прессу обращаться?» Как будто пострадали они, а не мы! Но как только Сергея увезли, его мать вдруг перестала пить валерьянку, вытерла слезы и… покрыла нас трехэтажным матом.

Анжелика глубоко вздохнула:

- Родители Сергея и его жена пришли к нам на второй день после произошедшего, вернули украденные деньги. Расписку о получении материального ущерба меня попросили написать на имя его жены. Видимо, они не хотели, чтобы фамилия отца — милицейского чиновника — где-то фигурировала. Я сразу сказала, что заявления не заберу. Виновные должны отвечать за свои поступки.

- Мы с мужем тоже однажды с ними встретились, — вспоминает мама Насти Позенюк Наталия.  — Они спросили, сколько денег нужно вернуть. Да у Настеньки вся голова в гематомах, я уже не говорю о подорванном психическом здоровье! Как и ее подруга, вторая Настя, она боится выходить из квартиры одна.

- У детей серьезная психологическая травма, — рассуждает Анжелика.  — И неизвестно, какими будут ее последствия. Увидев на телеэкране человека в маске, моя дочь тут же переключает канал…

Я попыталась выяснить, на каком основании человека, ранее водившего машину (следовательно, он проходил медицинскую комиссию и был признан психически здоровым) и занимавшего ответственную должность, вдруг признали ограниченно судимым. Но отец Сергея давать какие-либо комментарии корреспонденту «ФАКТОВ» не пожелал.

- Один из грабителей действительно оказался сыном сотрудника милиции, — рассказывает начальник отдела по связям с общественностью в Хмельницкой области Виктор Коверзюк.  — Но как только отец узнал, что его сын причастен к преступлению, он лично привел его в Каменец-Подольский отдел милиции. Более того, содействовал задержанию второго участника преступления, скрывавшегося от правосудия. Сергей сообщил, что не раз обращался к психиатру, в связи с чем суд вынес постановление о проведении стационарной судебно-психиатрической экспертизы. Согласно заключению экспертов, он признан ограниченно судимым.

Виктор Коверзюк заверил, что с момента задержания Сергей находился под стражей. На вопрос, почему за психически нездоровым человеком ранее не замечалось никаких признаков неадекватности, Виктор Коверзюк ответил, что это решение принимала судебная экспертиза, и решение о мере пресечения также будет принимать суд.

Когда 29 апреля в Каменец-Подольском городском суде проходило очередное заседание, Сергея в зал суда не привезли, мотивировав это его крайне тяжелым психическим состоянием. В результате суд постановил провести дополнительную судебно-психиатрическую экспертизу, удовлетворив ходатайство адвоката подсудимого, который настаивал на проведении экспертизы в… том же медицинском учреждении, в котором проводилась и предыдущая — в областном бюро судебных экспертиз при Хмельницкой областной милиции. Ходатайство же адвоката потерпевших о том, что медицинский вердикт должно вынести другое, независимое, медучреждение (чтобы результаты были действительно объективными), удовлетворено не было.

Адвокат пострадавших Андрей Мельник намерен оспаривать это судебное решение.

P. S. Редакция «ФАКТОВ» благодарит телепередачу «Надзвичайнў новини» (канал ICTV) за помощь в подготовке материала.