Клуб потребителей

Суд отказал киевлянке в законном праве получить от банка информацию о... своем кредитном деле

5:30 — 14 мая 2015 eye 3711

Чтобы выяснить у банка, сколько денег по ипотечному кредиту уже выплачено и какую сумму осталось отдать, киевлянке пришлось обращаться в суд. Руководство финучреждения на запрос своей заемщицы ответило, что эта информация является… банковской тайной. Но самое удивительное, что и судья отказал клиентке банка в законном праве узнать, что творится с ее кредитным делом.

— В 2007 году Светлана Перевезенцева (имя изменено по просьбе женщины. — Авт.) взяла в «Проминвестбанке» потребительский кредит в размере 800 тысяч гривен на строительство квартиры, — рассказал «ФАКТАМ» президент юридической компании «Николас» Михаил Стрельников, представляющий интересы Светланы. — Кредит она погашала исправно, даже с опережением графика. Со временем у «Проминвестбанка» начались сложности. Поэтому многие его филиалы закрылись, в том числе и Шевченковское районное отделение в Киеве, где у Светланы был счет. Женщина узнала об этом, когда в очередной раз пришла платить по кредиту.

В банке ей сказали, что придется подождать, пока администрация определится, в каком отделении заемщице откроют новый счет. И пообещали письменно сообщить об этом. Но в течение полугода, несмотря на то, что Светлана звонила в финучреждение и интересовалась, когда же откроют счет, никто так ничего и не сообщил. «Ждите, вам придет письмо», — был стандартный ответ. Однако вместо письма из банка на мобильный телефон Светланы поступила sms-ка такого содержания: «Вы задолжали нам 409 тысяч гривен. Срочно переведите деньги на указанный ниже счет». И подпись: коллекторская компания ООО «Кредитные инициативы», с которой Светлана никогда не имела дела. Решив, что это чья-то неудачная шутка, женщина не стала реагировать на странное сообщение.

Тем временем коллекторы подали на нее в суд, ссылаясь на договор переуступки долга. Хотя ни банк, ни компания «Кредитные инициативы» не сообщили заемщице, что ее долг кому-то передан. Более того, ей еще и насчитали пеню. Как выяснилось, коллекторы выкупили у банка задолженности почти 200 клиентов на общую сумму около миллиарда гривен. На просьбу судьи предоставить для изучения договор переуступки коллекторы сначала упорно отказывались, однако позже предъявили суду документ, но затерли белилами сумму, уплаченную за этот портфель «долгов».

— Заемщица продолжает погашать кредит?

— Поскольку Светлана отдавала деньги досрочно, но сохранила не все квитанции, она безуспешно пыталась выяснить у банка, сколько всего вернула средств и что из этой суммы было переплатой по кредиту. К тому же женщине до сих пор не назвали номер счета, на который можно осуществлять выплаты.

В результате ей пришлось обратиться за помощью к юристам. Чтобы понять, откуда возник долг, мы попросили банк предоставить информацию по сумме задолженности, как она образовалась, как начислялась пеня, с какого времени закрылось отделение банка, каким образом уведомлялся клиент о передаче права требования выплаты долга третьему лицу.

— Какой пришел ответ из фин­учреждения?

— Юристам отказали, ссылаясь на банковскую тайну. Хотя, согласно Закону «О защите прав потребителей», за предоставление информации отвечает именно исполнитель услуги, в данном случае банк. Тогда мы отправили еще одно письмо, в котором просили все сведения предоставить непосредственно Светлане Перевезенцевой как потребителю банковской услуги. И приложили заверенную нотариусом копию доверенности, чем дали понять, что юрист имеет право подавать подобные запросы. Банк прислал ответ на имя и адрес Светланы, но опять отказался предоставить информацию, ссылаясь на банковскую тайну. То есть выходит, что потребителю нельзя узнать, что творится с его счетом, какие были финансовые передвижения и в каком состоянии его кредитное дело?!

— Раньше такие данные можно было получить у кассира в любом филиале банка.

— А Светлане пришлось просить защиты в суде, куда мы обратились от ее имени. Поскольку на ипотечный кредит распространяется Закон «О защите прав потребителей», содержащий требование своевременно и в полной мере предоставлять клиенту полную и правдивую информацию, мы просили суд обязать банк в письменной форме дать ответ на все интересующие заемщицу вопросы.

Во время судебного рассмотрения 6 мая я предоставил доверенность от Светланы Перевезенцевой и попросил судью удовлетворить наш иск. Представитель банка, в свою очередь, настаивал на том, что финучреждение третьим лицам информацию не предоставляет. Я подчеркнул, что банк может отправить заказное письмо с нужными данными напрямую потребителю, причем — под роспись, с уведомлением о вручении.

Судья Оболонского районного суда столицы Александр Луценко выслушал стороны и… отказал Светлане Перевезенцевой в ее законном праве получить информацию от банка о своем кредитном деле (копия решения есть в редакции. — Авт.).

— То есть судья нарушил закон?

— Да. Это неправосудное решение. Кстати, о важности информирования потребителей говорили на специальном заседании ООН еще 15 марта 1985 года. С тех пор 15 марта ежегодно празднуется День защиты прав потребителей. Организация Объединенных Наций постановила, что получение достоверной, полной информации — есть священное право потребителя, которое никто не может отобрать. Но судья Александр Луценко пренебрег и законом, и решением ООН, вынеся оригинальное решение, которое прокомментировать с юридической точки зрения вообще не представляется возможным. Я в своей практике с подобным еще не сталкивался.

Можно было бы понять решение судьи, если бы мы просили вернуть средства или признать недействительным какой-то пункт договора — это спорные вопросы. Но в данном случае иск был предельно прост: поскольку банк не давал потребителю информацию, мы обратились за судебной защитой. И получили отказ. Этот случай особенно показателен в ситуации, когда госпотребинспекция Украины не функционирует, какие-либо проверки в стране запрещены, а правительство при этом советует всем потребителям обращаться в суд. И чего они там смогут добиться?

В Европе потребителю достаточно подать иск в суд о нарушении его прав. И вторая сторона — продавец, производитель или тот, кто предоставлял услугу, должен доказать, что не виновен и не нарушил права клиента. Так работает презумпция правоты потребителя. Он всегда прав по определению.

— Вы будете оспаривать решение суда?

— Безусловно. Подадим апелляцию, пригласим СМИ для максимально широкой огласки. Сделаем «рекламу» этому судье.

— В таких случаях можно куда-то пожаловаться на служителя Фемиды?

— Да, мы обязательно будем обращаться в Высшую квалификационную комиссию. Но, похоже, наши судьи не очень-то боятся наказания. В одном из райсудов Киева работает судья, у которого 11 взысканий (выговоров) Высшей квалификационной комиссии, а он продолжает «вершить правосудие». Хотя по закону после второго выговора работника должны увольнять.

— В последнее время потребители практически всегда проигрывают в судах. Почему?

— Какой судья станет брать на себя ответственность, принимая решения в пользу потребителей, если само государство упразднило орган по их защите и остановило проверки? К тому же несколько крупных банковских ассоциаций договорились лоббировать интересы финучреждений в судах. Жалобы на судей, выступающих в интересах этих ассоциаций, рассматриваются в первую очередь и по ним принимаются самые суровые решения. А за потребителя заступиться некому.

В такой ситуации единственный выход — проведение в стране такой же судебной реформы, как в Германии и Польше. Когда Восточная и Западная Германии объединились, стало очевидным, что в ГДР все судьи были штатными сотрудниками Министерства госбезопасности (Штази), а по сути — работниками КГБ. Немцы как люди системные приняли абсолютно логичное решение: в один день уволили всех судей и на их место наняли адвокатов, имевших такие же образование, опыт работы, права и обязанности, но не служивших в «органах».

То же проделали в Польше. Там не создавали квалификационные комиссии, не поражали в правах. Бывшие судьи стали зарабатывать деньги юридической практикой. Но не могли больше осуществлять правосудие.

P.S. «ФАКТЫ» обратились за комментарием в «Проминвестбанк», но на момент выхода материала ответа мы не получили. Представители банка могут обратиться в редакцию и высказать свою позицию на страницах нашего издания.