Происшествия

«мы плакали и кричали от страха, но папка облил нас бензином, а потом чиркнул спичкой… »

0:00 — 6 октября 2009 eye 283

В Харьковском ожоговом центре продолжают бороться за жизнь двух сестричек, которых пытался сжечь их собственный отец

О страшной трагедии, произошедшей в селе Старый Мерчик Валковского района Харьковской области, «ФАКТЫ» уже писали в июле этого года. Тогда безумный и страшный поступок отца семейства, который в припадке ревности облил бензином и поджег жену, четверых детей и самого себя, потряс многих наших читателей. За жизнь пострадавших от огня детей и их мамы боролись лучшие врачи Харьковской области. К сожалению, полуторагодовалого Дениса, 19-летнюю Марину и их маму Людмилу Панченко спасти не удалось. Еще две девочки — 15-летняя Карина и

12-летняя Алена, перенесшие по восемь операций, вот уже два месяца лежат в харьковском ожоговом центре. Медики называют их состояние стабильно тяжелым и воздерживаются от каких-либо комментариев.

Опекунство над двумя оставшимися круглыми сиротами и сильно пострадавшими от огня девочками оформляет их тетя — Светлана Власова. У нее самой шестеро детей. И она — единственная из всей многочисленной родни — не перестает верить в то, что ее племянниц все же вылечат, поставят на ноги.

От пылающего дома тянулись кровавые следы

… Была глубокая ночь, когда соседи дома, в котором жила семья с четырьмя детьми, услышали леденящие душу крики о помощи и увидели пламя. Сбежавшиеся к месту пожара люди были потрясены увиденным: от пылающего дома тянулись кровавые следы, оставленные женщиной, которая спасалась от огня вместе со своими детьми. Обгорели все — и маленький Дениска, и три его сестры. Больше всех от огня пострадала мама, которая, как рассказывали очевидцы, выбежала из горящего дома последней, лишь после того, как убедилась, что в нем не осталось детей. Получившая 90 процентов ожогов кожи, женщина пробежала еще 200 метров. «Дайте воды, полейте меня!» — кричала она, упав на асфальт. Но растерявшиеся соседи даже не знали, можно поливать обожженного огнем человека водой или нет…

В это время одна из сестричек — Карина — побежала в соседний дом, чтобы вызвать скорую помощь.

- Когда девочка забежала к нам и стала кричать: «Вызовите «скорую», нас папка облил бензином и поджег!» — от вида ее обожженного лица с висящими лоскутами кожи я просто застыла на месте, — вспоминает соседка Наталья.  — Мы позвонили медикам, а сами побежали к трассе, где была Люда с детьми. Она уже начала отходить от шока и безумно кричала. Аленка упала на асфальт и твердила: «Я все равно буду жить, я все равно буду жить», а самая старшая — Марина — молча сидела на обочине, прижав к груди плачущего братика. Слава Богу, что вскоре приехала «скорая», и всех их увезли в больницу…

Селяне рассказывали, что скандалы в доме Владимира и Людмилы случались часто. К тому же Владимир постоянно ревновал жену, которая, родив четверых детей, оставалась по-прежнему очень красивой женщиной. Соседи говорили, что ревность 46-летнего мужчины была беспочвенной — в селе ведь ничего не скроешь. Но спросить сегодня о содеянном виновника трагедии уже нельзя — несколько дней назад он умер от сердечного приступа в следственном изоляторе. «Во время допросов я спрашивала его, почему он так поступил с детьми, — вспоминает старший следователь Харьковской областной милиции Ирина Макарова.  — Я ему говорила: «Ну хорошо, поссорились с женой. Но вы же взрослые люди — поругались, помирились. Причем здесь дети? Они в чем виноваты?» А он в ответ только вздыхал… Возможно, Владимир раскаялся в своем поступке и у него просто не выдержало сердце. Он сам себя уже наказал за все содеянное».

«Очень хочу поправиться, чтобы поскорее увидеть маму и братика»

Состояние здоровья у пострадавших детей и женщины, которых скорая помощь доставила в Валковскую районную больницу, было настолько тяжелым, что медики не давали никаких гарантий. Всех деток на двух специализированных машинах отвезли в Харьковский ожоговый центр. Маму транспортировать медики не рискнули — ее состояние было критическим. Через сутки она умерла. Умер и ее маленький сын — полуторагодовалый Дениска…

Медики вели отчаянную борьбу за жизнь оставшихся в живых трех сестричек. Самый благоприятный прогноз на выздоровление был у старшей сестры Марины. У нее было поражено 20 процентов кожи, в отличие от Карины и Алены, которым огонь повредил 80 процентов поверхности тела. Но через 14 дней Марина умерла — ее организм не справился с ожогами дыхательных путей, пневмонией и сепсисом.

Сегодня врачи продолжают бороться за жизнь 15-летней Карины и 12-летней Алены.

На теле Карины нет живого места. Она лежит на кровати, накрытая небольшой простынкой. Буквально на каждом сантиметре ее ручек, ножках и животике — следы от операций и пересаженная кожа. Я держусь изо всех сил, чтобы не расплакаться. Девочка смотрит на меня своими удивительно чистыми, огромными бездонными глазами. Они словно живут отдельной от покрытого ранами измученного тела жизнью.

- Кариночка, как ты себя сегодня чувствуешь?

- Сильно печет ноги, — чуть слышно прошептала девочка.

- Сможешь со мной поговорить?

- Да. Вам рассказать, как все случилось? Я все помню, уже рассказывала об этом, когда ко мне приходили из милиции. В тот день я пришла домой из гостей от своей сестрички. Только зашла в дом, как слышу, папка снова начал ругаться с мамкой. Сначала они просто кричали, а потом начали драться. Я пошла в другую комнату, поужинала, почистила зубы и легла спать. Заснуть не смогла — они продолжали кричать и бить друг друга. А потом папка побежал во двор, принес бензин. Мы плакали и кричали от страха, но он облил нас бензином и чиркнул спичкой. Все загорелось… Мы схватили Денисочку и побежали во двор. Я вспомнила, что у соседки, у тети Светы, есть телефон, и побежала к ней, чтобы она вызвала врачей. Было очень страшно…

- Чего тебе сейчас больше всего хочется?

- Хочу поправиться, чтобы поскорей увидеть свою мамку и братика. Я по ним очень скучаю…

На стенке палаты чья-то добрая рука повесила удивительно красивые и яркие детские рисунки.

- Это ко мне тетя одна приходила из церкви, из нашего села, — медленно и тихо произносит Карина.  — Она сказала, что дети из воскресной школы специально для меня нарисовали эти рисунки. Мне они очень нравятся.

Прикрыв от усталости глаза, Карина замолчала. На мою просьбу сфотографироваться ответила:

- Не надо. Я, наверное, сейчас не очень красивая. Вы лучше съездите в деревню, сфотографируйте нашего Дениску с мамочкой — они у нас самые красивые. Ведь Аленка здесь лежит, на другом этаже, и Маринка здесь, в реанимации…

«Пусть у меня своих шестеро, я все равно не смогу бросить племянниц в беде»

- Девочки очень тяжелые, — сказал исполняющий обязанности заведующего ожогового отделения Харьковской клинической больницы скорой и неотложной помощи Анатолий Литовченко.  — Им сделали уже по восемь операций пересадки кожи, но этот процесс длительный и непредсказуемый. Пока мы ничего не можем прогнозировать. Состояние пациенток остается стабильно тяжелым. Любая плохая новость может оказаться для сестричек смертельной, поэтому девочки пока не знают, что их мама, братик, старшая сестра и отец уже умерли. Они просто не переживут таких известий.

Такие же повреждения, как у сестричек, были и у пятилетней Насти Овчар (она тоже из Харьковской области), которая четыре года назад вынесла из горящего дома свою младшую сестренку. Пятилетнюю спасительницу, судьбой которой тогда был обеспокоен даже Президент, лечили в Харькове, Киеве и Бостоне. В 2005-м Настя Овчар стала маленькой народной героиней. Многие депутаты и политические партии перечисляли тогда на счет малышки спонсорские деньги. Но у Насти, как в свое время констатировали медики, ожоги были поверхностные. А у этих девчушек — глубокие, с серьезными повреждениями внутренних органов. Помощь им очень нужна, состояние их слишком серьезное…

Родственники оставшихся в живых девочек уже перестали надеяться на их выздоровление. И только родная сестра погибшей Людмилы — Светлана Власова — каждый день навещает племянниц и занимается оформлением документов для получения опекунства над сиротами.

- Каждый день прихожу к девочкам и рассказываю им новости о маме и маленьком братике, — поделилась со мной в телефонном разговоре Светлана Власова.  — Еду потом домой и плачу. А вечером придумываю, о чем буду рассказывать завтра. И если наша Аленка оптимист и будет цепляться за жизнь руками и ногами, то Кариночку держит на этом свете только желание увидеть маму и братика. У меня, когда разговариваю с ними, сердце кровью обливается. Но виду не показываю, передаю им приветы от мамы, которой уже нет…

И дети мои уже несколько раз ездили к своим двоюродным сестричкам. Они помогают ухаживать за Кариной и Аленкой, поддерживают их. Пока (огромное спасибо врачам!) все лекарства для моих племянниц бесплатные. Но ведь девочкам требуется еще и полноценное калорийное питание. Пусть у меня своих детей шестеро, денег особых у нас в семье нет, но бросить своих племянниц в беде я не смогу. Как бы тяжело нам ни пришлось, самое главное, чтобы девочки остались живы. Они, бедняжки, уже столько натерпелись…