Происшествия

Чтобы обустроить киевлянам место для приятных прогулок, владимирскую горку пришлось «нафаршировать» сооружениями для стока подземных вод

0:00 — 23 марта 2005 eye 294

За 320 лет суммарная протяженность дренажных сетей, спасающих город от оползней, достигла почти 200 километров Где затяжная зима, там бурная весна. Вот уже по киевским улицам устремились водные потоки. Да это что!.. Главное действо развернется в недоступных глазу земных глубинах. Таяние снегов всегда грозило Киеву оползнями, поэтому еще 320 лет назад в городе начали принимать меры к их предупреждению, а столетие назад дренажные работы кипели вовсю… Тем не менее в историю вошли обвал Андреевской горы, унесший постройки вместе с их жителями, сползание почв на Владимирской горке, обрушения склона в районе Киево-Печерской лавры…

Днепровский склонв районеКиево-Печерскойлавры преподносил сюрпризза сюрпризом

Выходя по весне на зеленеющие днепровские склоны, мы даже не представляем, что скрывают они в своей толще. Хитросплетения труб, штолен, галерей, водостоков… Знаете, например, что почвы в районе фуникулера буквально «нафаршированы» гидротехническими сооружениями, в числе которых штольни, опускающиеся на глубину до 30 метров? То же можно сказать и о холме, над которым поднялся памятник Родине-матери. А началось подземное строительство в Киеве с того, что в 1685 году архимандрит Печерского монастыря Ясинский пригласил генерала Патрика Гордона для того, чтобы тот принял меры к предупреждению «обвала холма, на котором стоит церковь над самым входом в пещеры».

Почти столетие спустя в городе была учреждена «особая контора для составления предложений о благороднейшем укреплении нетвердого берега Днепра, беспрестанно размываемого снизу стремлением Днепра и сверху текущими с гор ручьями снеговой и дождевой воды». Спасибо за это императрице Елизавете: восхитившись «киевскими горами», она велела позаботиться о том, чтобы они уцелели.

Сохранились деловые бумаги, составленные генерал-майорами Синявским и Весениковым, подполковником Чекановым и поручиком Новогурзеевым, где задокументировано, какие работы проводились в самых уязвимых местах киевских холмов, в частности на территории Печерского монастыря. О том, каких денег требовали эти работы, можно судить по надписи на камне, установленном на обрушившемся склоне Дальних пещер: «По повелению императора Павла Петровича, сие подкрепление сооружено выданной по Высочайшему благоволению из казны суммою, состоящей из 65385 рублей 24 копеек». А ведь в те времена на копейку в день можно было прожить! Дело было в 1797 году, но уже через год к проблемному склону пришлось вернуться: «… Великое количество ключей, коими гора наполнена и кои не были оттуда столько выведены, сколько потребно было, дабы скоплением не причинило наносной земле повреждения». Это заставило инженеров подготовить проект строительства сложной дренажной системы, состоящей из водоотводных галерей и кирпичной подпорной стены.

Сначала полагали, что нужно полностью осушить грунты, но, начиная с 1908 года, стали добиваться частичного осушения. На путях подземного стока обустраивали деревянные колодцы разной глубины, закладывали водосточные галереи, водосборные лотки… Однако, несмотря на все усилия инженерных служб, днепровский склон в районе Киево-Печерской лавры преподносил сюрприз за сюрпризом. Рассказывают, что однажды оползень едва не погубил высокую комиссию, приехавшую проверить надежность подпорной стены. Члены комиссии долго по этой самой стене ходили, совещались насчет того, что с нею делать. Но только спустились вниз, как она… обрушилась. Еще мгновение — и груда камней погребла бы людей.

Со временем специальные службы занялись и другими склонами — Сырецкой балки, Репьяховского, Кожемяцкого, Гончарного и Протасова оврагов, Андреевской и Владимирской горок, Байковой и Батыевой гор и других. Много хлопот принесла, в частности, Владимирская горка, в прошлом именовавшаяся Михайловской.

Больше половиныстоличных районов считаютсяоползневыми

По словам киевского историка Михаила Кальницкого, первые шаги к упорядочению Владимирской горки были предприняты в 1839 году. Военный инженер Лешевский разработал «Проект на устройство в городе Киеве набережной и обделки крутостей левой стороны Александровской дороги при спуске с Крещатика на Подол». Поводом для начала работ послужило благоустройство набережной вдоль Подола. Но впоследствии проблемы набережной и прилегающих склонов решили разделить. На склоне устроили три террасы: верхняя пролегала на уровне Михайловского монастыря, нижняя представляла собой спуск к Днепру, а средняя давала возможность установить памятник князю Владимиру. Обустройство склона потребовало таких усилий, что работы затянулись на многие годы. Когда все было завершено, участники сочли необходимым оставить память об этом, и в районе нынешней Трехсвятительской улицы был установлен знак с надписью: «Обделка горы окончена 1849».

Результатом этой самой «обделки» стало то, что киевляне получили великолепное место для отдыха. Один из высоких чиновников системы путей сообщения писал по этому поводу генерал-губернатору Дмитрию Бибикову: «При таковой обделке средней площадки, по устроению на ней памятника и разведению сада, она, как по достопримечательности окрестной местности, так и по необыкновенности по красоте вида на Подол, Печерск и окрестности Днепра… сделается одним из самых приятнейших гуляний для городской публики и притом таким пунктом, который должен привлекать внимание посторонних посетителей города Киева».

Так и случилось. Поэтому, когда городская Дума разрешила было поблизости излюбленного места прогулок построить корпус Коммерческого училища, киевляне взбунтовались. В газету «Киевское слово» посыпались возмущенные письма, и Дума не только отказалась от своих намерений, но и предприняла меры к тому, чтобы привести Владимирскую горку в тот вид, который позволил председателю городской садовой комиссии Ромишовскому выразить уверенность: горка «приобретет славу одного из красивейших парков в Европе».

Однако, несмотря на все предпринятые усилия инженерных служб, Владимирская гора не стояла на месте. Оползень 1905 года буквально поглотил двухэтажный дом архитектора Казанского. Часть его удалось откопать, но дом уже был непригоден для жилья, и пришлось строить новый на более прочном фундаменте.

За более чем 300 лет дренажная система под Киевом разрослась так, что ныне ее протяженность достигает почти 200 километров! И они постоянно прирастают новыми, поскольку интенсивное строительство в Киеве ведет к тому, что на пути естественных водных стоков образуются искусственные преграды. Так случилось на Подоле, где метро проходит на глубине шести метров и перекрывает грунтовым и дренажным водам путь к Днепру. Метро перекрыло и естественный сброс грунтовых вод в районе улицы Красноармейской. А какие громады домов растут на киевских холмах! Это стало возможным только потому, что более двух сотен эксплуатационников противооползневой службы укрепляют грунты, наблюдают за состоянием дренажной системы, занимаются очисткой и ремонтом.

Если иметь в виду, что максимальный размер дренажной штольни не превышает 1,8 метра в высоту, а внутри нее по лоткам сбоку и сверху течет собирающаяся со склонов вода, нетрудно представить, что это за работа. Мало того, что она тяжела физически, так еще работающих под землей людей преследуют всевозможные страшилки о бродящих по древним лабиринтам призраках. Мне рассказывали, что один из рабочих, занимавшихся заменой сгнивших деревянных деталей в колодце, едва не лишился рассудка, когда ему на плечи прыгнул кто-то лохматый. «Кто-то» оказался обезьяной, сбежавшей из вивария неподалеку расположенной больницы. Но рабочий долго не мог оправиться от стресса.

Более половины киевских районов — оползневые: Печерский, Подольский, Голосеевский, Святошинский, Шевченковский, Соломенский. Что ни весна, они преподносят сюрпризы. Нынче особого внимания требуют склоны в районе Мариинского дворца и Национального ботанического сада имени академика Гришко. Когда в саду склон вскипит сиренью, сюда придут тысячи киевлян. И невдомек им будет, сколько сил приходится прилагать, чтобы чудо-сад не сполз в воду. Вот и нынче на этом склоне планируются укрепительные работы. И не только на этом…