Политика

Главный врач и директор клиники «рудольфиннерхаус» профессор лотар вике: «я сказал им: «если вы хотите мне угрожать, то я вызову полицию! »

0:00 — 12 октября 2004 eye 411

После резкого разговора с ближайшими соратниками Виктора Ющенко главный врач австрийской клиники попросил полицию предоставить ему круглосуточную охрану

В субботу в Украину из Австрии вернулся Виктор Ющенко. Там он повторно проходил курс лечения от ряда заболеваний, обострившихся в разгар предвыборной кампании. Соратники лидера блока «Наша Украина» не хотят даже говорить о возможности обычного ухудшения состояния его здоровья, они настаивают на том, что кто-то как-то где-то отравил кандидата в президенты. При этом подтверждений их версии до сих пор нет ни у лечащих врачей, ни у правоохранителей, ни у специально созданной для расследования причин ухудшения самочувствия кандидата в президенты парламентской следственной комиссии. В связи с этим избирательный блок Виктора Ющенко то и дело заявляет, что никто серьезно изучением их версии об отравлении не занимается. А сообщения кого бы то ни было о том, что об умышленном отравлении на данном этапе вести речь нельзя, называют провокацией. Между тем в воскресенье на телеканале ICTV в эксклюзивном интервью журналисту Дмитрию Киселеву главный врач и директор клиники «Рудольфиннерхаус» (где лечили Ющенко) доктор Лотар Вике в который раз подтвердил, что сообщения об умышленном отравлении украинского политика безосновательны. О том, как подобные заявления, звучавшие ранее, пытались дезавуировать и использовать в контексте своей версии члены блока «Наша Украина», австрийский врач и рассказал в интервью, фрагменты из которого «ФАКТЫ» предлагают читателям.

«Они вошли вообще без стука»

-- Доктор Вике, мы сейчас беседуем в присутствии вашего адвоката. Мы решили, что правильно, если адвокат будет присутствовать по вашей просьбе во время этого интервью, чтобы обезопасить себя в будущем. Мы ожидаем, что вы расскажете только правду, потому что, как я думаю, это единственный способ для клиники хоть как-то сохранить свою репутацию. Господин Ющенко наблюдается уже не одну неделю, и сейчас приехал сюда уже во второй раз. Нашли яд в его организме?

-- Первым делом я хотел бы поблагодарить вас за ваш интерес, за то, что вы хотите прояснить это дело, внести ясность. Я свободный человек, у меня прекрасная репутация, и я считаю, что правда -- это не игрушка. Нужны факты без всякой интерпретации. Прошу и вас так отнестись к этим фактам, не толковать их в одну или другую сторону. Ведь задача больницы «Рудольфиннерхаус» -- лечить людей, а не заниматься политикой.

-- Ну, тогда я построю свои вопросы именно на фактах. Я буду спрашивать именно о фактах. Яд нашли?

-- Я директор больницы «Рудольфиннерхаус» и в этом качестве хочу указать на пресс-конференцию 29 сентября. Тогда был издан пресс-релиз -- тогда не были найдены токсические вещества эндогенного происхождения.

-- Но ведь этот пресс-релиз сейчас команда Ющенко называет фальшивым. И в частности, мне звонил Порошенко и говорил, что это фальшивый пресс-релиз, поскольку он не был подписан никем из врачей клиники и не авторизован. Потом был уже второй пресс-релиз. Что это за таинственная история с пресс-релизами -- с первым и со вторым?

-- Есть один пресс-релиз от 28 сентября 2004 года. На этом пресс-релизе напечатаны в конце текста две фамилии -- моя фамилия и президента объединения, но нет ручной подписи. Я согласен с этим текстом, но тогда не было времени, и поэтому мне не удалось от руки подписать, но мы по телефону согласовали его.

-- То есть это настоящий пресс-релиз, который отражает вашу позицию?

-- Да, если угодно, я подписал бы его прямо перед камерой. Есть второй пресс-релиз, который был издан 3 октября, но этот пресс-релиз -- с этим я не согласен, я только принял к сведению.

-- Просто как знак того, что эта бумага существует?

-- Да, я добавил от руки, что просто принимаю к сведению, но я не написал от руки, что я согласен. Я только принял к сведению.

-- То есть вы не согласны с ним?

-- Да, потому что там есть пассаж, цитирую: «Пресс-релиз от 28 сентября 2004 года, согласно которому нет отравления, не соответствует действительности и опровергается».

-- Какова история ваших взаимоотношений с пациентом? Было ли какое-то политическое давление на вас? Испытывали ли вы его?

-- Вы имеете в виду -- на меня?

-- На вас, на клинику?

-- Пресс-релиз от 28 сентября, видимо, очень нашумел в Украине. На следующий день, 29-го, с утра явилась ко мне группа, профессор Корпан, господин Червоненко, третий человек, которого представили как сенатора -- визитку он не дал, еще двое украинцев, которые, видимо, проживают в Австрии. И они сказали: «Сию же минуту отменить пресс-конференцию, иначе будут последствия для больницы и для меня лично».

-- Что это за последствия? Как они это говорили?

-- Речь шла в основном о юридических последствиях. Беседа продолжалась довольно долго. Участвовал и наш президент. Господа немножко успокоились, сказали, что срывать пресс-конференцию они не будут, и даже профессор Цимпфер пригласил их участвовать на пресс-конференции вместе с журналистами, хотя они не являются таковыми.

-- Чем закончилась беседа?

-- Пресс-конференцией.

-- Вы не хотели обратиться в полицию в результате, поскольку на вас оказывается давление в стенах «Рудольфиннерхаус»?

-- Я лично в первые минуты, когда так агрессивно со мной разговаривали, я сказал: «Если это угроза, то, пожалуйста, выйдите сразу. Мы находимся в Австрии. Это демократическое нейтральное государство. Если вы хотите мне угрожать, то я вызову полицию!». После этого они немножко успокоились. Господин Червоненко сказал, что они хотят со мной разговаривать, а не нападать на меня. Вообще, ситуация была немножко странная для меня. Были переводчики только с их стороны. Они не предупредили меня заранее об этом визите. То, что переводилось, я не мог контролировать.

-- То есть они вошли неожиданно, ворвались просто?

-- Не было там официального переводчика от посольства.

-- Но это нарушение этики. Как это принято здесь?

-- Они вошли вообще без стука.

-- В первом пресс-релизе было объявлено, что пресс-конференцию даст руководство клиники. А вот в последний момент, как я понимаю… Как там оказался доктор Николай Корпан?

-- Верно, пресс-релиз «Рудольфиннерхаус» был издан больницей, и таким образом мы хотели улучшить нашу репутацию как больницы, которая работает на высшем уровне, профессионально. Но вы, безусловно, знаете, что пошла информация по неофициальным каналам больницы. От людей, которые не находятся в штате больницы. Таким образом создалось впечатление, будто бы мы разглашаем информацию о больнице, а это не соответствует нашему закону о врачебной деятельности.

«Палата врачей Вены сообщила, что доктор Корпан не имеет права называть себя профессором»

-- Ну а как получилось, что доктор Корпан стал спикером больницы и постоянно давал интервью, и на него все ссылались?

-- Он на этой пресс-конференции сидел в президиуме. Ему пошли навстречу. Это произошло по пожеланию профессора Цимпфера, поскольку он лечащий врач, и на всякий случай он хотел, чтобы тот присутствовал. С моей точки зрения, он никак не может официально представлять больницу.

-- Доктор Корпан не в штате больницы?

-- Доктор Корпан не работает в штате больницы. У него там помещение, которое он снимает для того, чтобы принимать своих частных пациентов.

-- Но вот австрийская пресса пишет, что его звание университетского профессора ставят сейчас под сомнение? Как так получилось, что клиника пользуется услугами сомнительного профессора?

-- Я два года назад занял должность общественного руководителя больницы, за это, кстати, не доплачивают. Я сейчас являюсь руководящим директором больницы. Тогда уже тут работали сотрудники всякие, которые без моего согласия и влияния тут были. Год назад мне сказали, что доктор Корпан -- это проблема. Я связался тогда с палатой врачей города Вены, и по телефону мне тогда сообщили, что все проверено, все в порядке. А неделю назад, а может, это было в понедельник или даже во вторник, палата врачей мне опять по телефону сообщила, что он не имеет права называть себя университетским профессором. Он имеет право практиковать как хирург в Австрии, его диплом здесь признан, но вот это звание профессор университета -- это пока не проверено.

-- Доктор Корпан -- хирург, специализирующийся на онкологии. Он хирург-онколог. И его основная специальность -- криохирургия. Почему именно он оказался лечащим врачом господина Ющенко? Это что, профильный больной его?

-- Мне кажется, что тут есть личное знакомство между доктором Корпаном и доктором Ющенко, или, быть может, его пригласили в Украину, когда заболевание было острым, поскольку его там знают как врача. Уже по поводу пресс-конференции 29 сентября 2004 года профессор Цимпфер говорил о том, что первичные заболевания, то есть когда он первый раз находился в Вене, то это был панкреатит. Причем тут и печень, и желудок страдали. Тогда -- это заболевание, которым занимаются, конечно, в основном гастроэнтерологи.

-- Так почему тогда хирург-онколог этим занимается?

-- Я только могу сказать, что в Австрии наши врачи, в общем, всю медицину знают. Что при подготовке врачей будущие врачи знакомятся со всеми областями и только потом начинают специализироваться. Так что есть знания во всех областях, но, конечно, потом надо привлечь специалистов по данной области -- будь то гастроэнтеролога или невролога и так далее.

-- Ну а как вы думаете, если отравления не было, то кто его придумал?

-- Ну, это домыслы, и я об этом ничего не могу сказать. Больница «Рудольфиннерхаус» официально ничего не заявляла об отравлении. Это в заключении доктора Корпана значится. И было такое промежуточное заключение, которое было подписано через два дня после этого, в более слабой форме, о том, что нету доказательств, но может быть, что-то такое…

-- Но сейчас у вас больше информации, чем тогда.

-- Ну, я тут должен сказать, что австрийский закон «О врачебной деятельности» говорит о конфиденциальности такой информации. Промежуточное заключение и письмо доктора Корпана -- они были уже опубликованы, об этом я имею право говорить. Но до того момента яда не было обнаружено, в смысле экзогенного токсического вещества. А сейчас мы имеем стационарное лечение и мы на данный момент не даем никакой информации.

«Господин Порошенко потребовал до 21 ноября считать всю информацию относительно состояния господина Ющенко секретной»

-- Господин Ющенко уже во второй раз в клинике. Сейчас у вас больше информации по сравнению с его первым визитом. Нашли ли вы какой-либо яд в организме или какие-либо подозрительные вирусы, которыми можно было бы его отравить?

-- Еще раз хочу сказать, что 54-я статья говорит о врачебной тайне. Прежние сообщения, которые были опубликованы без нашего содействия, я могу прокомментировать. О настоящем лечении я не имею права говорить. Но если бы были обнаружены токсические вещества, то лечащие врачи доктор Корпан и профессор Цимпфер были бы обязаны сообщить мне как руководителю больницы, а я в таком случае обязан сразу же обратиться к прокурору. Такого не было.

-- То есть прокурора не вызвали, потому что не было основания. Я правильно понял, либо вы нарушили закон -- статью 54 (пункт 4), который предусматривает, что вы вызываете полицию и сообщаете прокурору?

-- Я просто обязан в таком случае обратиться к прокурору. Но я не обратился, поскольку никто из лечащих врачей мне о токсических веществах не докладывал.

-- Ну а все-таки, как-то это было связано с выборами? В разговорах с господином Ющенко он как-то связывал свой диагноз, свое пребывание в больнице с ходом избирательной кампании?

-- Это я читал в прессе… Была беседа. Участвовал Порошенко, который руководит предвыборной кампанией Виктора Ющенко, его адвокат, доктор Хайнц-Диттер Шиманка, и со стороны больницы наш адвокат участвовал Йоханнес Кшайде и я. В этой беседе мы говорили о правовых вопросах, что касается дачи информации, потому что ко мне обратился суд с поручением дать информацию. И в этой связи господин Порошенко просил, чтобы вся информация, которая касается его кандидата в президенты, до 21-го ноября рассматривалась как секретная, что он не желает разглашения. Он этого не разрешает.

-- То есть они не хотели, чтобы какая-то информация просочилась из больницы до 21-го ноября. Они хотели, чтобы остались какие-то сомнения?

-- Для чего это сделано, я не знаю, может быть, хотели добиться, чтобы ни положительного, ни отрицательного результата со стороны больницы не разглашалось. И хочу еще раз подчеркнуть: не задача больницы «Рудольфиннерхаус» участвовать в политической борьбе или поддерживать кого-либо.

-- А сейчас вы опасаетесь за свою жизнь?

-- И да, и нет. Для меня это новая ситуация. Находиться в таком напряженном политическом поле, когда не знаешь, как отдельные лица будут реагировать. Мне кажется, что Австрия и впредь будет обеспечивать безопасность и нашим гостям, и своим гражданам. Я хочу добавить, что, несмотря на все неприятности, которые касаются не только меня лично, но и многих сотрудников нашей больницы и самой больницы, я хочу пожелать Виктору Ющенко выздоровления.

-- Спасибо большое, доктор Вике.

-- Благодарю вас за беседу.