Происшествия

«мы теперь знаем, куда на тебя жаловаться», -- заявляют приемной матери подростки

0:00 — 17 сентября 2004 eye 432

После того, как воспитанников самой большой в Крыму многодетной семьи чиновники ознакомили с их правами, дети отказывались даже мыть дома посуду

В канун годовщины «ФАКТОВ» в редакции раздался звонок -- с днем рождения любимую газету поздравляла семья Похвальных из Евпатории. Два года назад, после того, как «ФАКТЫ» рассказали о проблемах самой многодетной семьи Крыма, по распоряжению Президента Украины Леонида Кучмы Похвальным подарили микроавтобус «Газель» -- о личном транспорте семья мечтала десять лет. «Тогда вы нас здорово выручили. Может, и теперь поможете?» -- спросила хозяйка детского семейного дома. Ведь в семье, где воспитываются 23 приемных ребенка, что ни день -- новая проблема.

«Семилеток пришлось не в школу, а в садик оформлять -- дети не знали даже, что такое транспорт»

Сейчас в доме Похвальных полным ходом идет ремонт. Напомним: когда выяснилось, что дом для многодетной семьи был построен из радиоактивных (!) стройматериалов, она переехала в закрытый детский садик «Березка». Половина старого здания уже приведена в божеский вид: перекрыта протекавшая крыша, оштукатурены стены, в туалетах -- новая сантехника.

-- Знали бы вы, сколько сил и здоровья ушло на то, чтобы этот ремонт все-таки начался, -- вздыхает Людмила Похвальная. -- Но своего мы добились: к началу учебного года комнаты детей были готовы.

Вытребовала Людмила Леонидовна для своих ребят в этом году и возобновления индивидуального обучения. В прошлом местное управление образования запретило воспитанникам Похвальных заниматься с учителями на дому. Детей отправили в школу, и их успеваемость сразу упала.

-- Дело в том, что из детских домов ребята к нам попадали зачастую с задержкой психического развития, -- рассказывает Людмила Леонидовна. -- Многие даже говорить не умели. Например, четырехлетнюю(!) Свету разговаривать научил… десятимесячный Юра -- мой, так сказать, кровный сын. А семилеток пришлось не в школу, а в садик отправлять. В детском доме они жили в своеобразном вакууме: о существовании многих вещей и понятий даже не подозревали. Например, не знали, что такое транспорт. Едет прямо на Витю машина, а он стоит, разинув рот. Нож, вилка, сахар, соль, кипяток -- все это было им незнакомо. На то, чтобы наверстать упущенное, потребовались годы. Такие дети медленнее, чем другие, усваивают материал.

План занятий для своих ребят Людмила Леонидовна разрабатывала лично. Кроме предметов школьной программы, включила спецкурсы по эстетике, всемирной культуре, живописи и умению выражать мысли. Эти предметы она читает сама, а вместо учебников использует книги из семейной библиотеки. Кстати, книг у Похвальных столько, что едва помещаются в огромной комнате. Есть у них и свой семейный ансамбль: все дети учатся в музыкальной школе, каждый играет на нескольких музыкальных инструментах. Четверо ребят -- лауреаты конкурса «Виртуозы Крыма», а 15-летний Руслан -- член Малой академии наук Крыма по классу баяна. У Руслана страшная болезнь -- синдром Морфана: из-за генетических изменений у мальчика практически отсутствует мышечная ткань. Узнав, что Руслан баянист-виртуоз, потрясенные врачи бросились пожимать руки его приемной матери: «Вы ему жизнь на десять лет продлили!»

-- Я не ставила задачи сделать из ребят профессиональных музыкантов, -- говорит Людмила Леонидовна. -- Но считаю, что музыкальное образование детям необходимо: во-первых, игра на инструментах развивает память, а во-вторых, занимает время, которое они могли бы использовать на всякие глупости. Дурная наследственность есть почти у каждого: одного тянет выпить, другого -- взять чужое. Так что пусть лучше в музыке самовыражаются.

«Споласкивать после себя тарелки девочки стали только после того, как я вывалила гречневую кашу… прямо на стол»

Детей в свою семью Похвальные не выбирали -- принимали тех, кого им давали: самых слабых, больных и безнадежных. Знакомый психиатр, осмотрев ребят, сказал супругам: «Да вы с ума сошли! Кого набрали?!» Но уже через год приемышей было не узнать: «чудом» исчезли рахит, дистрофия и слабоумие. А вот для того, чтобы вернуть детей к нормальной жизни, потребовались долгие годы.

-- Обучая ребят элементарным вещам: пользоваться туалетной бумагой, мыть посуду, не бить младших, приходилось идти на крайние меры, -- рассказывает Людмила Похвальная. -- Например, мыть после себя тарелки мои 14-летние девчонки стали только после того, как я вывалила гречневую кашу… прямо на стол. Едва чему-то научили, как вмешались наши, так сказать, попечители, и все старания -- насмарку. Два года назад детские семейные дома отдали под опеку Министерству по делам семьи и молодежи, и начались у нас проблемы. Просыпаюсь как-то утром, смотрю, по нашему дому какая-то тетка разгуливает. «Что вы здесь делаете?» -- спрашиваю. А она: «Это дом не твой, а государственный. И мы имеем право приходить сюда, когда захотим». В следующий визит представители управления по делам семьи и молодежи ознакомили ребят с их правами. И началась у нас «веселая» жизнь: прошу детей помыть после себя посуду, а они, мол, это не твой дом -- не командуй. Представляете, каково это -- от своих детей слышать: «Мы теперь знаем, куда на тебя жаловаться!» И дело не в том, что они у меня такие плохие и неблагодарные. Пришли бы к вам в дом чужие тети, объяснили детям, что их родители -- никто, наверное, еще бы и не такое услышали.

Вот и получается, что государственные органы опеки вместо того, чтобы помогать таким родителям, рушат то, что нарабатывалось многие годы. Бесспорно, воспитывающиеся в приемных семьях дети должны знать свои права. Но не лучше ли прежде, чем просвещать ребят, посоветоваться с их опекунами?

-- Иной раз без помощи властей не обойтись, -- вздыхает хозяйка детского семейного дома. -- А вмешаются -- только хуже. Например, год назад немецкая благотворительная организация подарила нам 1300 долларов. На следующий день деньги из сейфа исчезли. Замок не был взломан -- сейф открыли ключом, который муж носил в кармане куртки. Кто-то из ребят незаметно вытащил его, а потом вернул на место. Написали заявление в милицию, чтобы проучить воришку. Но в милиции нам дали жуткое заключение: «В связи с тем, что деньги были подарены не только вам, их пропажа кражей не является». И что из этой истории вынесли дети? За воровство не наказывают!

Постоянные кражи -- беда многих семейных детских домов. Бывшие дети улицы привыкли таким образом отвоевывать свое право на жизнь. Но воровство -- это еще не самое страшное из того, что приносят из прошлой жизни дети неблагополучных родителей. Одна из воспитанниц Похвальных унаследовала от матери-наркоманки патологическое влечение к мужчинам. Мать Маши (имя девочки по этическим соображениям изменено) умерла от передозировки наркотиков, когда девочке было пять лет. Принять малышку в семью побоялась даже родная бабушка. Первые дни в доме Похвальных Маша вела себя, как затравленный зверек: бросалась кусаться и громила все, что под руку попадало. Людмила Леонидовна до сих пор с ужасом вспоминает, как от удара крошечного кулачка рассыпалось стекло четырехмиллиметровой толщины.

Впервые пагубные наклонности проявились, когда Маше исполнилось 11 лет: взяв в компанию 12-летнюю приемную сестру и 14-летнего брата, девчушка решила попробовать любовь втроем. Благо, Людмила Леонидовна «застукала» троицу вовремя. «Маша, где же ты такое видела?» -- спросила ошарашенная приемная мать. «А я, когда с мамой жила, еще и не такое видела», -- пожала плечами девочка. Тогда Людмила Леонидовна устроила троице «промывку мозгов»: ознакомила с соответствующей статьей Уголовного кодекса, пригласила для беседы психолога и сексопатолога. Двое урок усвоили, а вот Маше ничего не помогло. Девочка стала уходить из дому: ни замки, ни решетки ей не помеха. Погуляет пару дней и возвращается: поникшая, с виноватыми глазами. А через месяц -- снова в загул.

-- Я пыталась найти специалиста, который мог бы стереть в памяти Маши те жуткие сексуальные сцены, которых она насмотрелась в раннем детстве, -- говорит Людмила Леонидовна. -- Но такого в Евпатории не нашлось. Может, прочитав статью, откликнется кто-то из столичных специалистов? Маша сама понимает, что больна, но справиться с собой не может. Жаль девочку, пропадет ведь ни за что…

Начав детективное расследование, Похвальные выяснили, что мать Вити -- не шизофреничка, а Герой Социалистического Труда

Болит сердце у Людмилы Леонидовны и за другого воспитанника -- Витю Побаранчука, хотя формально он уже не ее забота: совершеннолетние воспитанники семейных детских домов переходят под опеку государства. Витя учится на четвертом курсе Симферопольского гуманитарного института. По документам парень -- сирота с плохой наследственностью: его мать якобы болела шизофренией. Но, начав собственное детективное расследование, Похвальные выяснили, что мама Вити не шизофреничка, а Герой Социалистического Труда(!). С сыном женщину разлучила свекровь, чтобы избавиться от лишнего претендента на наследство.

-- Когда мы взяли Витю из детского дома, я обратила внимание на несоответствие записей в его документах, -- рассказывает Людмила Похвальная. -- В справке из роддома было написано: третья беременность, третьи роды, а в графе «состав семьи» -- один Витя. Думаю, все может быть, но неужели оба предыдущих ребенка умерли? В личном деле сохранилась странная справка о доходах матери: в январе женщина за 14 рабочих дней заработала 96 рублей! Не многовато ли для колхозницы, в доме которой, по другой справке, царила полная антисанитария, хозяйство она не вела и землю не использовала? Для сравнения: в то время доярки-ударницы больше 70 рублей в месяц не получали. А тут такая сумма! Когда Витя подрос, я рассказала ему о своих сомнениях. Решили: надо ехать, выяснять. Помню, по дороге Витя все удивлялся: «Мама, а откуда ты знаешь, куда ехать?» А я и не знала -- ноги сами вели. Приезжаем в село, захожу в первый попавшийся дом, чтобы спросить, где живет председатель колхоза, а это его дом! Захожу в другой -- попадаю к Витиному дяде, который даже не подозревал о существовании племянника.

И вот, что удалось выяснить Похвальным: маму Вити и ее первого мужа в селе уважали. Они были Героями Социалистического Труда: один за другим ставили рекорды по привесам крупного рогатого скота, за что государство премировало их несколькими машинами и большим домом. Но муж умер от туберкулеза легких, и женщина осталась одна с двумя сыновьями. Скоро она сошлась с другим мужчиной, прижила от него ребенка. И вдруг угодила в психиатрическую лечебницу. Что с ней случилось -- никто в селе не знал, но поговаривали, будто бывшая свекровь, разбиравшаяся в травках, опоила невестку. Отец Вити сбежал от греха подальше, а бабка быстро оформила права на наследство. Вернулся старший сын из армии -- мамы нет. Отыскал ее в больнице, спрашивает у врача: «Что с мамой?» -- «Она здорова». -- «Тогда почему вы ее здесь держите?» -- «Так ваша бабка говорит, что ее лечить надо». Женщину выписали, она вернулась на работу, поставила еще несколько рекордов, получила в награду четырехкомнатную квартиру. О третьем сыне никогда не вспоминала, потому что считала его умершим. Через восемь лет после рождения Вити его мама умерла от сердечного приступа.

-- Ложный диагноз, поставленный Витиной матери (параноидальная шизофрения), висел над мальчиком, как проклятье, -- вспоминает Людмила Похвальная. -- Его никто не хотел усыновлять, а когда мы взяли малыша к себе, врачи осматривали его каждый месяц: боялись, что проявится наследственная болезнь. По этой причине я обучала Витю индивидуально, но это пошло только на пользу: в институт он поступил с первого раза.

Многое в этой истории осталось тайной: события происходили более 20 лет назад, бабушки Витиных братьев давно нет в живых. Поэтому выяснить, кто из врачей сделал Витю сиротой, будет непросто. Но молодой человек не жаждет мести. Главное, что у него теперь есть братья. Недавно парень крестил сына старшего брата Алексея. Витя с Алексеем часто приезжают в гости к Похвальным. Приемных родителей Виктора его старший брат тоже называет «мамой» и «папой». Сейчас Людмила Леонидовна собирает документы, чтобы выхлопотать для Вити мамину пенсию. Но чиновникам нет дела до перипетий Витиной истории, и оформление каждой справки превращается в огромную проблему.

На этот раз Похвальные снова беспокоятся о своих воспитанниках. Хотя у самих тоже проблем хватает: нужно дом достраивать, машину ремонтировать, пересмотра пенсии добиваться…

-- Ничего, справимся, -- говорит Людмила Леонидовна. -- Воспитывать детей -- это тяжелый труд, но мы умеем, любим и будем это делать. Лишь бы нам не мешали те, кто призван помогать.