Происшествия

Семь месяцев на арестованном сухогрузе мариупольские моряки продержались лишь благодаря портовым властям и командам стоящих на рейде судов, которые из жалости подбрасывали им продукты

0:00 — 22 июля 2004 eye 289

Даже после продажи судна украинцы не получили ни копейки зарплаты, а их возвращение на Родину стало возможным только благодаря вмешательству народного депутата Украины

Трое украинских моряков более полугода находились на арестованном сухогрузе в Греции. За время злополучного рейса крюинговая компания, нанимавшая моряков, развалилась, а представитель международного профсоюза транспортников (ITF), к которому обратились украинцы, сказал, что в Греции эта организация практически бессильна чем-либо им помочь. Если бы не вмешательство народного депутата Владимира Бойко, украинцы до сих пор фактически нелегально находились бы на чужбине.

«Чтобы уйти в рейс, мне пришлось одолжить у родственников солидную сумму в валюте»

Житель Мариуполя (Донецкая область) Александр Остроухов нанялся электриком-мотористом на сухогруз «Леди» вместе с двумя своими земляками -- мотористом Александром Гладким и сварщиком Владимиром Любецким. Судно, на котором им предстояло ходить, принадлежит компании «Планктон-Марин ЛТД», которую возглавлял гражданин Греции Сикриконис. Моряки нанимались через одну из мариупольских крюинговых компаний (кадровых агентств). Сразу же полностью оплатили услуги «кадровиков» -- в размере обещанного им судовладельцем месячного заработка. Эту немалую сумму (несколько сотен долларов) Саше пришлось занять у родственников.

-- Теперь отдать долги мы никак не можем, -- сетует мама Александра Остроухова Елена Александровна. -- Думали, когда Саша пришлет первые деньги, сразу рассчитаемся с родней и заплатим задолженность за коммунальные услуги. А получилось, что сын ничего не заработал. Хорошо, хоть жив остался…

Александр семь лет проработал на металлургическом комбинате электриком. В море пошел, чтобы заработать деньги на квартиру.

-- Я собираюсь завести семью, а отдельного жилья ни у меня, ни у моей девушки нет, -- объясняет Александр Остроухов. -- Думал, годик-два похожу в море -- и мы поженимся. Если повезет, то за пару рейсов можно заработать на собственный угол. По договору я нанялся на 8--9 месяцев и должен был получать не менее 600 долларов в месяц. К тому же опытные моряки сказали, что хороший хозяин за дополнительную работу платит сверх контракта.

Когда Саша поднялся на борт «Леди», у него тут же появились недобрые предчувствия. Перед глазами новичка предстала посудина 1975 года выпуска, с обшарпанными каютами и оторванным линолеумом в столовой. Чтобы этот сухогруз держался на плаву, из 13 человек экипажа четверо работали сварщиками и вкалывали по 20(!) часов в сутки. Александру пришлось практически заново восстанавливать всю электропроводку.

Тем не менее этот небольшой сухогруз курсировал по очень выгодному рейсу -- между Кипром и Мадейрой. Судно грузили стройматериалами и цементом, переход занимал всего 12 дней. Тем, кто пришел в команду раньше Саши, повезло больше: они успели получить немного денег и застали рейсы, во время которых «Леди» заходила во Францию.

Увидев, как старательно работает электрик, судовладелец доброжелательно отнесся к Сашиной просьбе: отослать на его счет в Мариуполь заработок за месяц (по условиям контракта, оплата ежемесячно не производилась). Но сделать это не успел -- в начале ноября судно было арестовано.

Судовладелец навестил команду дважды. Второй раз -- с полицией

Если верить тому, что говорили морякам, то их подвел земляк -- мариуполец, который предъявил иск к компании «Планктон-Марин ЛТД» на… миллион евро. Якобы соотечественник, работая на их судне несколько месяцев назад, получил травмы. По прибытии на родину моряку дали группу инвалидности, и он потребовал возмещения ущерба, нанесенного его здоровью. Проверить эту информацию не удалось -- отправившая его в рейс компания вскоре закрылась, а в отечественном законодательстве для «спасения» моряков и их зарплат в подобной ситуации никаких обязательств для крюинговой компании, нанимавшей моряков, не предусмотрено, и ответственности -- тоже.

Капитан судна -- грек -- сообщил команде об аресте судна и… отбыл домой вместе со своими соотечественниками, хорошо зная, что судебный процесс в любом случае ничего хорошего ему не принесет. А четверым кубинцам, троим грузинам и троим украинцам деваться было некуда.

Через два месяца иск к хозяину компании отклонили. Но за это время выросли долги судовладельца: за стоянку в порту, процент по кредиту, взятому на ремонт судна, получателям груза, требовавшим неустойку за срыв поставок.

-- Похоже, что эта интрига была спланирована, чтобы перехватить у хозяина выгодную линию, -- считает Александр.

В команде «Леди» был член Международного профсоюза транспортников ITF. С его помощью моряки решили искать защиты в морском подразделении этой организации в Лондоне. Но лондонский представитель профсоюза, прославившегося своей борьбой за права трудящихся, ответил, что в законодательном поле Греции агенты ITF практически бессильны.

-- К концу декабря продукты у нас закончились, топливо тоже, -- вспоминает Александр Остроухов. -- Мы законопатили все щели, спали под двумя одеялами, в одежде, и все равно стучали зубами от холода. Хорошо хоть судно не оттянули в море -- находясь в порту, мы могли выходить на берег.

Моряки продержались в таких жутких условиях лишь благодаря сочувствию портовых властей, согласившихся дать им немного топлива и разрешивших подключить сухогруз к электросетям порта. Команды стоявших на рейде судов помогали терпящему бедствие экипажу «Леди» продуктами. Щедрее всех, по словам Саши, были выходцы из бывшего соцлагеря -- русские, поляки, молдаване, а также арабы, большинство из которых свободно владеют русским и тепло относятся к славянам. К тому же портовые власти выписали всей команде «Леди» временные пропуски в город. Но визы тем временем у многих моряков закончились.

Под Новый год на сухогруз пожаловал судовладелец. Мистер Сикриконис привез немного печенья, шампанское, пообещал, что арест скоро закончится, и предложил желающим билеты домой за его счет. Члены команды стали стыдить босса и даже вызывать «на мужской разговор» -- без денег к семьям возвращаться никто не собирался. Наверное, хозяин испугался, потому что через два месяца он появился на судне уже в сопровождении полисмена. А в феврале судовладелец сообщил, что сам находится в бедственном положении и пожаловался, что его жене и дочери даже пришлось устроиться на работу. А в Греции для людей их сословия это просто позор. Тут же хозяин объявил, что ему придется продать судно. Правда, попросил команду пока отгонять покупателей -- он надеялся взять кредит, чтобы продолжать морской бизнес.

Много на защите команды арестованного судна не заработаешь

12 мая судно было продано с аукциона за 750 тысяч евро. Расчета команда так и не получила. Старый владелец больше не показывался, а новый (ливиец) не собирался рассчитываться с прежней командой. Новый босс выжидал, прекрасно понимая, что когда-нибудь моряки все же освободит судно для новой команды. Грузины, работавшие на «Леди», заключили контракты с новым хозяином, а украинцы стали думать, как бы добраться до дома.

Саша Остроухов был в экипаже единственным новичком, поэтому решил извлечь из вынужденной стоянки хоть какую-то пользу. Из найденных на ближайшей свалке(!) запчастей, он собрал велосипед и совершал экскурсии по окрестностям портового города, попутно зарабатывая хоть какие-то деньги. Он помогал загружать суда, собирал урожай, чинил проводку…

-- Потом я узнал, что для того, чтобы легализоваться в Греции, мне нужно было всего 150 евро, -- рассказывает Александр. -- Работу в Греции я бы нашел без труда, особенно в преддверии Олимпиады, когда там повсюду идет строительство. За ударный труд легальным работникам греки платят нормально, хоть и меньше, чем своим землякам. А за работу, требующую квалификации, готовы заплатить даже иностранцам хорошие деньги. Например, когда прежний хозяин «Леди» предлагал мне починить радар (эта работа не входила в мои обязанности), то пообещал за ремонт несколько сотен долларов сверх контракта. Позже я узнал, что отечественному специалисту за эту же работу он выложил бы несколько тысяч долларов. Вместе с легально работающими в Греции молдаванами я чуть было не ушел в горы -- строить коттеджи.

Но Саша не рискнул уходить далеко от порта, потому что все еще верил: судно продадут, он получит расчет -- и домой, где его ждут мама и невеста. К тому же боялся пропустить сессию в вузе. Да и браться за долгосрочную работу, являясь уже по сути нелегалом в чужой стране, украинец тоже опасался -- в любой момент могут упрятать в тюрьму, депортировать и объявить персоной нон-гранта. А мой собеседник все еще мечтает попасть в хороший рейс и заработать себе на квартиру.

Родные мариупольских моряков тем временем атаковали посольство Украины в Греции и наш МИД. Однако усилия украинских дипломатов были тщетны. Долго пришлось искать агента, который бы занялся проблемами команды арестованного судна -- много на этом не заработаешь, а в альтруизме греческие агенты и адвокаты замечены не были.

-- После продажи судна уже прошли две недели, а вестей от сына не было. Мне кусок в горло не лез, -- вспоминает Елена Александровна. -- И тогда я пошла к человеку, к которому многие мариупольцы обращаются в свой трудный час -- председателю правления ОАО «Мариупольский металлургический комбинат имени Ильича», народному депутату Владимиру Бойко. Если бы не Владимир Семенович, то, наверное, я бы и след сына потеряла. Через неделю ребятам передали деньги на билеты, помогли с переоформлением документов.

Еще через неделю мариупольские моряки были уже дома.

-- Со свадьбой теперь, наверное, придется подождать, хорошо, что моя девушка меня узнала, а вот наша старая собачонка забыла, -- шутит Саша. -- Мы уже месяц дома, а денег на счет ни мне, ни моим товарищам по несчастью так никто и не перечислил. В Греции мы успели нанять адвоката, но слушания по нашему иску в лучшем случае начнутся только в октябре. Бывалые моряки предупредили меня, что такие процессы могут длиться годами, если не поддержат наш профсоюз или украинские власти. Хотелось бы, чтобы в МИДе было специально создано подразделение, которое могло бы помочь украинцам, выехавшим на заработки за рубеж. И чтобы крюинговые агентства работали по единой тарифной ставке, а часть положенных им за услуги комиссионных кадровики брали только после полного расчета с моряком по контракту. Вот тогда можно будет предъявлять строгие требования к работодателям по срокам выплат и компенсаций наемным морякам на случай таких форс-мажорных обстоятельств.